Обыкновенное чудо прямого посева

Технология No-­till превратила убыточное фермерское хозяйство в процветающее

Аргентина – ​один из признанных мировых лидеров по распространению технологии прямого посева. В подавляющем большинстве сельхозпредприятий страны No-­till применяется на постоянной основе. Это означает, что, однажды перейдя на «нулёвку», фермеры больше никогда не обрабатывали почвы своих хозяйств. Многолетним опытом прямого посева с российскими коллегами поделился аргентинец Ланс Себастьян.

Выход из тупика

Представитель третьего поколения фермеров, Ланс Себастьян перешёл на No-­till в 2002 году, и спустя годы стал ярым сторонником этой системы земледелия, убедившись в её эффективности и экономической привлекательности.

— В первую очередь, стоит объяснить, как в нашей семье мы пришли к прямому посеву, – ​говорит он. – ​Мой отец работал в сельском хозяйстве, начиная с 60-х годов прошлого столетия. В 90-е к нему на подмогу пришёл я. Но дела шли всё хуже и хуже. Нам постоянно приходилось тратиться на покупку сельхозмашин, различных орудий, топливо и т. п. В итоге фермерство вообще перестало приносить прибыль.

«Работать ради работы» было никому не интересно. Тогда и пришло решение перейти на прямой посев. Фермер взял «напрокат» у соседа сеялку, а расплатился тем, что обработал соседские поля собственным опрыскивателем.

В первый же год свершилось то, что сегодня Ланс Себастьян называет не иначе, как чудо. С тем же количеством удобрений и гербицидов, которое применялось ранее, на тех же гектарах площадей фермер собрал в полтора раза больше пшеницы, чем обычно: пять тонн вместо прежних 35 центнеров с гектара!

Выгодно реализовав урожай, Ланс Себастьян решился на покупку сеялки Джон Дир. В этом же году фермер вступил в региональную ассоциацию фермеров-­сторонников нулевой технологии Аргентины (AAPRESID), которую позднее возглавил. Это организация, которая оказывает консультационные услуги и обеспечивает участников всей необходимой информацией по системе No-­till.

На следующий год Ланс Себастьян приобрёл самоходный опрыскиватель. Несмотря на то, что площадь хозяйства составляет всего лишь 700 гектаров, он считает покупку оправданной.

— Самоходный опрыскиватель – ​это одна из самых необходимых сельскохозяйственных машин для работы по технологии прямого сева, – ​утверждает фермер. – ​Если учесть, что я работаю опрыскивателем не только на своих землях, но и занимаюсь обработкой полей в соседних хозяйствах, это делает покупку выгодной вдвой­не.

Если «по классике» опрыскиватель совершал лишь один проход за сезон, то сейчас он практически постоянно в деле. Кроме всего прочего, с его помощью вносятся жидкие удобрения, в том числе по «взрослым» подсолнечнику и кукурузе.

— У нас — постоянные сильные ветра, – ​объясняет Ланс Себастьян. – ​Самоходный опрыскиватель позволяет работать по ночам, когда стоят более низкие температуры и сила ветра утихает. Следовательно, повышается эффект от применения удобрений.

Орудия для фермера

Тем временем дела в хозяйстве продолжали идти в гору. Ланс Себастьян приобрёл ещё один Джон Дир и поставил его в сцепку с первой сеялкой. Такой тандем позволил более чем вдвое увеличить суточную посевную площадь. Если раньше в день засевали 30 гектаров, то теперь – ​более 60 га.

В среде сторонников прямого посева нередко возникают споры, какие конфигурации сеялок наиболее эффективны. Ланс Себастьян свой выбор сделал в пользу монодиска. По мнению фермера, при длительном и постоянном применении технологии прямого посева, он имеет ряд несомненных преимуществ. Колтер расположен впереди сошника и разрезает любую стерню с растительными остатками, чтобы сошник легко входил в почву.

Правда, применять монодиск, считает фермер, можно не на всех культурах. Эффективен он при посеве зерновых: пшеницы, ячменя, овса, а также сои. Но и здесь есть ряд нюансов, которые связаны с особенностями технологии в конкретном хозяйстве. Так, первый посев сои фермер выполняет на глубину 38 см, а семена пожнивной сои закладывает на 19 см. Это объясняется тем, что в случае сои второго посева необходимо успеть до наступления заморозков и как можно быстрее обеспечить покрытие почвы.

— Никогда и ни при каких условиях мы не используем монодиск при посеве кукурузы и подсолнечника, – ​акцентирует внимание Ланс Себастьян. – ​Эти культуры мы высеваем только с помощью пропашных сеялок.

Специализированные сельхоз­орудия оснащены турбодиском, настроенным на 5 см по ширине и на 7 см по глубине. Этот инструмент, по сути, выполняет работу, которую с давних времён делали все почвообрабатывающие орудия: плуг, культиватор итд. Турбодиск, считает фермер, обеспечивает хорошее развитие корневой системы пропашных культур.

Разные диски по-­разному открывают посевную борозду. Когда поля впервые вводятся в прямой посев, приходится использовать широкие диски. Но со временем им на смену приходят более узкие орудия.

Одна из особенностей ведения сельского хозяйства в Аргентине – ​крестьяне повсеместно используют наёмную сельхозтехнику. Особенно это касается энергоёмких агрегатов. Вопреки традициям, фермер принял решение приобрести собственный комбайн. Связано это с выращиванием сои, которая не даёт стабильных урожаев, «выдавая» от 7 до 20 центнеров с гектара. А нанимать дорогую сельхозтехнику при низкой урожайности – ​это обрекать себя на неминуемые убытки.

Прежний тандем из сеялок, ширина которых составляла девять метров, сменила одна восьмиметровая, с которой значительно проще и быстрее было перемещаться по полям, расположенным на большом расстоянии друг от друга. А в прошлом году фермер приобрёл 11-метровый посевной комплекс Джон Дир с бункером на пять тонн семян и три тонны удобрений. Высокопроизводительный агрегат, способный покрыть 110 гектаров в сутки, увеличил автономность и эффективность работы.

— С помощью комплекса мы засеяли в прошлом году 2,5 тысячи гектаров, – ​рассказал Ланс Себастьян. – ​Это первая в нашем хозяйстве машина точного земледелия. Она позволяет одновременно и дозированно вносить удобрения вместе с семенами. Кроме того, мы приобрели пропашную сеялку и второй зерноуборочный комбайн Джон Дир.

Изюминка севооборота

Фермерское хозяйство Ланса Себастьяна расположено в местности, среднегодовые осадки в которой составляют примерно 750 мм. В Аргентине это считается полузасушливой зоной. Однако суммарный показатель не играет большой роли. Проблема в том, что распределение осадков по сезонам идёт неравномерно, в зимние и летние месяцы засуха – ​это достаточно частое явление.

— В те времена, когда мы обрабатывали почву, в такие засушливые периоды сеять смысла не было, – ​рассказывает фермер. – ​Почва высыхала до такой степени, что это однозначно обрекло бы растения на гибель. В системе прямого посева мы стали независимы от количества осадков. Есть дож­ди или нет – ​мы сеем всегда, потому что No-­till позволяет нам делать это и не бояться за будущее урожая.

Заморозки, которые начинаются 23 апреля и заканчиваются 2 ­ноября (в Южном полушарии времена года «перевёрнуты»), проходят практически при отсутствии снега. Июль – ​самый холодный месяц. Летом средняя температура около +30 градусов, зимой – ​около –3 С.

Из-­за того, что почвы неоднородные, приходится составлять карты полей, на которых определены каменистые участки и участки с хорошим плодородным слоем. В зависимости от этого определяется норма высева семян и количество минеральных удобрений на каждую из зон.

В качестве подкормки в различные периоды используются либо диаммофос, либо смесь диаммофоса с мочевиной, либо жидкий КАС. Немаловажно, что система точного земледелия позволяет существенно сэкономить на минеральных удобрениях, так как каждый из участков получает дозировку в зависимости от качества и потребности данного участка.

Изюминкой системы No-­till стала возможность введения в севооборот каменистых участков, которые ранее не использовались. Чтобы уйти от «пустот», фермер начал засевать их райграсом. Спустя несколько лет на них сформировалось почвенное покрытие, пригодное для посева других сельскохозяйственных культур. То есть ранее непригодные участки полей начали приносить прибыль.

— Если бы мы занимались классическим земледелием, ничего подобного у нас не получилось бы, – ​подчёркивает Ланс Себастьян. – ​Только благодаря технологии прямого посева, мы смогли ввести эти участки в севооборот, как полноценную пашню.

Среди сельхозкультур, выращиваемых в Латинской Америке, преобладают кукуруза и соя. Однако в зоне неустойчивого увлажнения, в которой находится фермерское хозяйство, свыше 60 процентов площадей занимают культуры холодного периода.

— В нашей стране падение цен на зерно – ​это нередкое явление, – ​рассказал фермер. – ​В таких случаях нам приходится уменьшать посевную площадь пшеницы и засевать её альтернативными культурами, такими как кориандр и горчица.

В зависимости от экономической ситуации, предшественниками пшеницы может быть любая культура. Ланс Себастьян привёл пример севооборота, который складывался на протяжении несколько лет. Он выглядит так: пшеница – ​подсолнечник – ​пшеница – ​соя пожнивная – ​пшеница – ​соя пожнивная – ​ячмень – ​соя пожнивная – ​ячмень – ​пшеница – ​соя пожнивная.

— Мы зависим от конъюнктуры рынка, – ​говорит фермер. – ​Никто не говорит, что зерновые по зерновым – ​это хорошо. У нас просто нет другого выхода. Но когда рыночная ситуация складывается удачно, мы следуем научно обоснованному севообороту. Это одинаково хорошо как для «кармана», так и для почвы.

Нюансы технологии

Ежегодно фермер отправляет почву на анализ. Необходимость частого взятия проб связана с нестабильностью азота, содержание которого в почве напрямую зависит от интенсивности дождей и может упасть до нуля.

В засушливые годы во время посева в среднем вносится 80-120 кг диаммофоса по формуле 18-46. Если влаги достаточно, к диаммофосу он добавляет мочевину.

И всё же предпочтение Ланс Себастьян отдаёт жидким удобрениям. Такую подкормку в прохладные периоды, когда есть осадки либо роса. В жару, попадая на солому, КАС под воздействием солнца испаряется, а в сезоны осадков вместе со влагой он проникает в почву.

Фермер использует большой объём инсектицидов и фунгицидов и выстраивает опрыскиватель таким образом, чтобы капля получалась гораздо меньшего размера, чем в случае обработки гербицидами. Это необходимо для того, чтобы образовался «туман», который окутывает растение со всех сторон.

В течение года проводятся две основные гербицидные обработки. Посев культур холодного периода начинается 5-го и завершается 30 июня. Что касается пшеницы, то предпочтение отдаётся сортам среднего и позднего срока созревания. Каждый год проводится исследование на всхожесть семян. Независимо от веса семян, высевается от 200 до 250-280 единиц на квадратный метр, что примерно соответствует 2-2,5 миллионам штук (до 90-120 кг) на гектар.

Урожайность сои первого посева по норме 200 тысяч семян на гектар и весе около 45 килограммов может варьироваться от 2,5 до 3,5 тонн с гектара. Соя второго посева высевается в количестве 60 кг/га, что составляет примерно 300 тысяч штук. Сорта подбираются с различным активным циклом. Для пожнивной сои, вегетация которой завершается к моменту начала первых заморозков, используются сорта с более коротким сроком созревания.

Норма высева кукурузы, которая варьируется в зависимости от влагообеспеченности и качества почвы на конкретном поле, составляет от 20 до 40 тысяч семян на гектар в зависимости от качества почвы. Соответственно, и урожайность значительно разнится. Разброс составляет от 3-5 до 6-8 тонн на гектар. Но в особо удачные годы фермеру удавалось собирать и по 100 центнеров с гектара.

Подсолнечник высевается из расчёта 30-35 тысяч семян на гектар. Урожайность в среднем составляет около 25 центнеров с гектара.

При посеве зерновых скорость посевного комплекса не превышает 7-8 км/час.

— С увеличением скорости посева, глубина заделки семян варьируется, – ​объясняет фермер. – ​Из-­за этого может начаться внут­ривидовая конкуренция растений на поле. Поэтому даже если ваши сельхозмашины способны развить большую скорость, делать это я настоятельно не рекомендую.

В момент уборки транспорта в Аргентине для перевозки зерна не хватает. Может, поэтому именно в этой стране изобрели ноу-­хау – ​пластиковые рукава для хранения зерна, подсолнечника, сои, кормовых и других культур. По утверждению Ланса Себастьяна, пшеница в такой упаковке не портится до трёх лет. В Аргентине град – ​нередкое явление, поэтому и посевы, и рукава для хранения обязательно должны быть застрахованы.

Общепринятая практика: сразу за комбайном в поле заходит сеялка.

— После уборки ячменя у меня есть 60 дней на то, чтобы соя второго посева на этом поле успела вырасти и получить достаточное количество солнечной радиации, – ​объясняет Ланс Себастьян. – ​Каждый день опоздания с посевом – ​это минус 30 килограммов урожая. Поэтому мы начинаем ­сеять, не дожидаясь, пока комбайн уйдёт с поля.

Живой доход

Природно-­климатические условия местности, в которой расположено фермерское хозяйство Ланса Себастьяна, позволяет заниматься не только растениеводством, но и животноводством. Откорм бычков занимает важную нишу в структуре деятельности сельхозпредприятия.

— Вам может показаться, что животноводство – ​это лишняя и ненужная для вас отрасль, – ​говорит фермер. – ​Но мне хотелось бы, чтобы вы пришли к пониманию, что и полеводство, и разведение скота – ​это один общий процесс, который нельзя разорвать.

Разведение крупного рогатого скота в Аргентине условно подразделяется на два направления. Одни фермеры занимаются собственно воспроизводством животных, другие – ​откормом бычков. В последнем варианте пастбища не используются, а применяется интенсивный тип кормления.

Кукурузу, достигшую восковой спелости, скашивают на силос и закладывают в рукава. Через три месяца в них созревает полноценный готовый корм.

— Для производства силоса я использую только кукурузу, – ​рассказал Ланс Себастьян. – ​Она даёт самое большое количество зелёной массы с квадратного метра. Подобными свой­ствами обладает и соя, но она не отвечает необходимым качественным характеристикам и обходится значительно дороже. К тому же никто из учёных никогда не давал мне рекомендаций изменить тип кормления.

Силосные рулоны не приходится полностью распаковывать, животные кормятся прямо из них. Правда, при таком способе кормления не обходится без «дедовщины»: самые крупные и сильные бычки едят первыми и, только наевшись, уступают место более слабым собратьям.

— Когда-­то давно, рекламируя аргентинское мясо, говорили, что наши бычки потому такие вкусные, что жуют свежую зелёную траву, – ​рассказал фермер. – ​Но те времена давно канули в Лету.

Чтобы понять, что такое интенсивное животноводство в Аргентине, представьте себе огороженный гектар земли, куда загоняются 90 голов крупного рогатого скота. Вес бычков в среднем составляет 180 кг. В этот откормочник закладывается силос в мешках. Кроме того, рацион животных дополняет цельнозерновая кукуруза. В начальный период сухое зерно поступает в специальные приспособления, чтобы молодые бычки привыкли к новому «меню». Когда вес переваливает за 200 кг, скот на один час в сутки начинают допускать к автоматическим кормушкам. За это время бычки поедают примерно ту норму зерна, которая предписана учёными. Всё остальное время животные питаются силосом либо – ​в целях экономии – ​ячменной соломой. Такое содержание скота не требует механизации. Животные, по сути, сами добывают себе корм. Оборудование для кормления делают потери кормов минимальными. Проблема с навозом также отсутствует – ​он высыхает естественным образом.

Откорм бычков в летний сезон длится четыре месяца. В остальные времена года этот период увеличивается. Первое время ежедневный привес составляет примерно 1100 граммов в сутки. К концу откорма – ​около 1300 граммов. Когда животное набирает вес в 450 кг, его отправляют на бойню. Дальнейший откорм считается экономически не эффективным. Покупатели приезжают каждую неделю и отбирают самых крупных животных. Интересно, что оплачивают фермеру тот привес, который сформировался за время откорма. Когда весь скот распродан, после двухмесячного перерыва в тот же откормочник загоняют новое поголовье бычков.

Уходом за животными занимается сам фермер, либо его помощник. Раз в день он уделяет животным один час, чтобы покормить их кукурузой. Кроме того, примерно раз в месяц приезжает ветеринар, который осматривает скот и по необходимости делает необходимые прививки. Кстати, бычки, которых фермер покупает на откорм, изначально кастрированы и вакцинированы.

— Полеводство очень сильно зависит от рыночных колебаний и не всегда способно дать стабильный заработок, – ​отмечает Ланс Себастьян. – ​Животноводство не подвержено таким потрясениям. Оно приносит пусть и небольшую, но постоянную прибыль.

Напоследок – ​забавная история, рассказанная переводчиком: «В одну из поездок в Аргентину российский фермер спросил у аргентинского коллеги: «А вы в колбасу сою докладываете?» Тот сделал огромные глаза и недоумённо ответил: «Нет. А зачем???».

Аргентинцы не применяет «запрещённых» препаратов и гордятся качеством мяса. Это исключительно мраморная говядина, которой славится Латинская Америка. Показательно, что и мясо для собственного стола Ланс Себастьян приобретает у того же продавца, который закупает у него бычков.

Не знают аргентинцы таких структур, как Россельхознадзор и многие другие проверяющие органы, от которых стонут наши животноводы. Не просто не знают, а не могут понять, для каких целей в принципе могут быть созданы подобные структуры.

Гарантии системы

Ланс Себастьян убеждён в несом­ненных преимуществах, гарантированных переходом на технологию прямого посева. Первую часть из них можно условно назвать экологической. Так, на 90 процентов уменьшается эрозия почвы, на 70 – ​снижается испарение влаги. Второй пласт затрагивает сферу экономики. Примерно на 40 процентов снижается количество потребляемого топлива, значительно уменьшается объём необходимых полевых работ. Именно благодаря технологии No-­till фермеру удалось существенно поправить финансовое положение хозяйства и чувствовать себя независимым от колебаний рынка сельскохозяйственной продукции.

Фото автора и Евгении ДУБ