Об итогах уходящего года в аграрной отрасли Ставропольского края и о главных задачах на 2021 год министр сельского хозяйства региона Владимир Ситников рассказал в прямом эфире программы «Откровенный разговор» на «Радио России». «Аграрное Ставрополье» публикует печатную версию разговора министра и заместителя руководителя ГТРК «Ставрополье», директора краевого радио Аждаута Ибрагимова.

Реклама

— До Нового года остаются считанные дни. Это самое время подводить итоги уходящего 2020 года. Он был нелегким для нас всех, а для работников сельского хозяйства – особенно. В этом году была пандемия коронавируса, но особенно сильно повлияли на общую ситуацию в АПК природные катаклизмы. Как сработала отрасль?

— Да, действительно, в этом году сельское хозяйство Ставропольского края столкнулась с беспрецедентными вызовами природы. Из-за ранних весенних заморозков мы потеряли половину урожая наших плодовых культур, у нас серьезные потери в растениеводстве – ​это и зерновой клин, и пропашные, и сахарная свекла. И тем не менее мы получили урожай в 5,6 миллиона тонн. Не будь у нас такого технологического уровня, на котором работаем, мы бы не получили тот урожай, который имеем.

— Да, урожай заметно ниже, чем в прошлые годы, и поэтому, как вы говорите, экономика сельхозпредприятий заметно пострадала.

— Если обратиться к абсолютным цифрам, мы получили минус 35% по отношению к прошлому году. Но с учетом сегодняшних цен, даже с учетом динамики цен, которые пошли на убыль, выручка от реализации будет ниже прошлогодней на 10%.

— Предприятия также получили выплаты по агрострахованию, это тоже значительная финансовая поддержка.

— Это мощнейшая поддержка. Мы вернем до конца года нашему крестьянству 1,5 миллиарда руб­лей страхового возмещения.

— К тому же господдержка отрасли составила 5,6 миллиарда руб­лей. На что они направлены?

– 1,5 миллиарда руб­лей идет на поддержку растениеводства, 700 миллионов – ​на животноводство. 1 миллиард – ​это субсидии по инвестиционным, льготным кредитам. Это – ​ключевые направления. И мы видим, что гос­поддержка сельского хозяйства не уменьшается.

— Если говорить о растение­водстве, то, несмотря на природные катаклизмы, в нем ситуация сложилась относительно неплохая. Но в животноводстве, особенно молочном, ситуация наверное похуже? Когда в нем будет прорыв, когда край начнет получать миллион тонн молока в год?

— Мы смогли заложить урожай 2021 года на высоком технологическом уровне. Теперь нам нужны осадки и мягкая зима. А в животноводстве в принципе не может быть быстрого рывка. Это история 3‑5 лет развития, если им серьезно заниматься. И я совершенно точно убежден в том, что в животноводстве наступил переломный момент. Себестоимость литра молока составляет 20‑23 руб­ля, цена – ​30‑35 руб­лей в зависи­мости от жирности. Сегодня мы реально можем говорить о хорошей экономике в производстве молоке. Мы испытываем дефицит в баранине и говядине. А это серьезный потенциал роста для отрасли, который до конца не раскрыт в нашем крае. У нас есть ряд серьезных проектов на территории региона, которые показывают, как надо работать и в производстве молока, и в производстве мяса. Сейчас мы производим 500 тысяч тонн молока в год. У нас нет сильного прироста, но мы сохраняем динамику. С 2021 года мы увидим этот прирост. В крае теперь работает мощная компания «Степь». В Шпаковском районе реконструи­руется ферма, которая станет самой мощной в стране. Дойное стадо на ней дойдет до 10 тысяч голов. Поголовье уже завозится. В этом году завезли тысячу голов. В течение трех лет эта ферма выйдет на уровень в 100 тысяч тонн молока в год. Так что миллион тонн молока в год – ​это реальность в долгосрочной перспективе.

— Вы заявляли, что Ставрополье станет лидером по производству овощей закрытого грунта в стране. Когда же мы выйдем на 1 место?

— Сегодня Липецкая область произвела 136 тысяч тонн теп­личных овощей, Краснодарский край – ​105 тысяч тонн, Ставропольский край – ​93 тысячи тонн. У нас сегодня 237 гектаров теп­лиц. До 2024 года площадь теплиц в регионе увеличится на 148 гектаров. Край выйдет на производство в 160 тысяч тонн. Все зависит от того, насколько вырастет площадь в других регионах. Ставрополье уже лидирует в стране по производству томатов – ​70 тысяч тонн.

— Как пандемия и природные катаклизмы ударили по крестьянским (фермерским) хозяйствам. Все ли они уцелели?

— От засухи фермеры пострадали больше, чем сельхозпред­прия­тия. Например, в Курском районе у фермеров, у которых по 100‑200 гектаров, одним махом все выбило градом. Мы сделали в этой ситуации все, что могли, чтобы поддержать фермеров. Молниеносно отреагировал губернатор. Мы провели ряд встреч со страховыми и лизинговыми компаниями, банками, чтобы предотвратить финансовый обвал. Фермеры – ​в абсолютном приоритете, в частности в сфере страхования. Со второй половины 2021 года они будут выплачивать лишь 20% страховых взносов, а остальные 80% за них заплатит государство. Это будет точечная поддержка для малых форм хозяйствования.

— В этом году продолжалась активная закладка суперинтенсивных садов. Как обстоят дела в этом направлении?

— У нас заложено в этом году уже 600 гектаров садов. Это хороший темп. Хотелось бы, конечно, выйти на 1000 гектаров в год. По поручению губернатора края поддержка садоводства увеличена в 2 раза, в этом году 500 мил­лионов руб­лей выплачено на закладку садов. Компенсации доходят до 70%.

— Президент страны потребовал принять жесткие меры для регулирования цен на продукты питания. В борьбу с ценами включились десятки министерств, ведомств, различных контролирующих и караю­щих организаций. Почему же в супермаркетах и на рынках такие высокие цены на мясные и молочные продукции, овощи и фрукты?

— Сначала цена на зерно на мировом рынке составляла 250 долларов за тонну. Это пиковая цена за 10 лет. Внутренние цены в России выравнились с экспортными. Это хорошая цена для производителей, но не всегда интересы мирового рынка совпадают с интересами граждан нашей страны. Федеральная власть быстро отреагировала на ситуацию, и внутренняя цена на зерно упала до 15‑16,5 тысячи руб­лей за тонну, на подсол­нечник – ​с 48 тысяч руб­лей до 37 тысяч. Это залог того, цены на хлеб, макароны и растительное масло не будут расти. Конечно, и торговым сетям надо умерить свой аппетит. Цены будут под контролем.

— Логика такова, если производится больше продукции, то цены, соответственно, должны снижаться. Несколько наших районов очень успешно выращивают сахарную свеклу, есть мощный сахарный завод, который производит сахара больше, чем потребляют жители края. Но почему дорожает сахар?

— Постараюсь понятно объяснить. Это неверное убеждение – ​чем больше мы производим, тем меньше должна стать цена. Мы все равняемся на цены мирового рынка. У хозяйств уже нет необходимости продавать зерно в июле-августе. Они пользуются льготными кредитами. Производители имеют возможность ждать хорошей цены. Вот здесь эффективную роль играют экспортные квоты и пошлины.

— Следующий вопрос – о пот­ре­бительской кооперации. Почему власти не создают в райо­нах эти кооперативы, чтобы люди могли сдавать произведенную продукцию сразу на местах?

— Мы все хотим, чтобы эти кооперативы были, чтобы К(Ф)Х и ЛПХ могли сдавать в них свою продукцию. Это не власти не хотят. В программе развития сельского хозяйства заложены средства на эту цель. Но реально желающих нет, вот в чем дело. Мы изучали опыт Мордовии, Липецкой области, где сотни, тысячи кооперативов. Но там не так развито предпринимательство, как в Ставропольском крае. Потребительская кооперация не настолько у нас востребована.

— Должны же быть стимулы для ее развития?

— У нас есть господдержка. Грантовая поддержка предусмат­ривает до 70 млн руб­лей на 1 кооператив. За последние несколько лет мы создали 7 или 8 реально работающих кооперативов по переработке сельхозпродукции. Но очереди за господдержкой пока нет.

— К другим темам. Почему ни один из ставропольских брендов не победил в конкурсе «Вкусы России»?

— Отвечу очень просто. В этом направлении была низкая активность. Я думаю, и нашему министерству, и коллегам из комитета по пищевой и перерабатывающей промышленности надо было активнее поработать в этом направлении.

— Насколько целесообразно содержать два ведомства вмес­то одного. Сельским хозяйством занимается одно ведомство, а пищевой переработкой – другое.

— Мы – ​третий субъект в стране, где «пищевка» отделена от министерства сельского хозяйства. Но я не вижу в этом большой проблемы, потому что и минсельхоз, и комитет по пищевой и перерабатывающей промышленности замыкаются на вице-губернаторе, который нас курирует. У нас есть полное взаимопонимание.

— В уходящем году заметно активизировалась работа по социальному развитию села. Что сделано?

— Для Ставрополья на развитие сельских территорий привлечен 1 миллиард руб­лей в этом году, еще миллиард планируем привлечь на 2021‑2022 годы. Губернатором выделены 492 миллио­­на руб­лей из краевого бюджета на подготовку проектно-­сметной документации для участия в любых программах Минсельхоза, Минкультуры, Минспорта и других ведомств. Только благодаря этому решению мы можем привлечь в край в пределах 11 миллиардов руб­лей из федерального бюджета на строительство и реконструкцию социальных объектов. Мы строим детские сады в Предгорном, Александровском, Изобильненском районах, бассейн – ​в Туркменском районе. Мы занимаемся капитальным ремонтом школ, детских садов и Домов культуры.

— Программа «Земский доктор», «Сельский учитель», а теперь еще «Сельская ипотека» работают на то, чтобы молодые специалисты ехали работать в село?

— Конечно, работают. Считаю, что «Сельская ипотека» очень мощный прорывной инструмент. С этом году по этой программе выдано более 500 кредитов на общую сумму 1,1 млрд руб­лей.

— Один из главных вопросов, который волнует аграриев: в каком состоянии сейчас посевы озимых культур?

— Из двух миллионов гектаров 40% уже взошли. Нам нужна мягкая и снежная зима, потому что у нас пока что минимальные запасы продуктивной влаги в мет­ровом слое почвы. Именно они определят урожай 2021 года.

— Каковы основные сельскохозяйственные планы на будущий год?

— Основные направления четко определены губернатором края. Это мелиорация, это животноводство, это плодоводство – ​то что нужно развивать и двигать. В растениеводстве у нас стабильная ситуация, мы находимся на высоком технологическом уровне. У нас одна из лидирующих позиций по приобретению сельхозтехники в лизинг. Это говорит о том, что экономика в хозяйствах позволяет это делать.

Реклама
Предыдущая статьяВЫСТАВКА «АГРОКОМПЛЕКС» СОСТОИТСЯ В УФЕ В КОНЦЕ МАРТА 2021 ГОДА
Следующая статья«Аграрная Кубань» № 46