Знатные овцеводы

О том, что на протяжении многих лет тонкорунное овцеводство играло для Апанасенковского района значимую роль, сказано немало слов и в книгах, и на страницах газет. Впрочем, как и о деятельности специалистов, работавших в данном направлении. Но не обо всех. Поэтому в этой статье хотелось бы отметить вклад чабанов колхоза-­племзавода им. Ленина, стоявших у истоков развития отрасли.

Как выяснилось, колхоз им. Ленина начал так называться не сразу. Вначале 21 февраля 1951 года на общем собранием решили все четыре артели «Волна революции», «Красноармеец», «Сталинский путь» и имени Чкалова, которые функционировали на территории села Киевки, объединить в одно крупное хозяйство. Назвали его – ​«Сталинский путь». А уже в 60-е годы оно получило нынешнее имя. Все труженики автоматически перешли в созданное сельхозпредприятие.

Среди таких оказался и Андрей Назаренко. Ему довелось в полной мере испить горькую чашу лишений и невзгод. Дело в том, что в 30-е годы его родителей вместе с детьми сослали в Киевку как врагов народа – ​кулаков. Поэтому чтобы выжить, Андрею пришлось очень рано думать о хлебе насущном, работая в колхозе. Затем на его долю свалилось новое испытание – ​будучи фронтовиком, защищавшим Родину от немецких захватчиков, он попал в плен, чудом остался жив. Вернувшись осенью 1946 года домой, продолжил трудовую деятельность в хозяйстве. Пару лет был гуртоправом. Но потом взял в руки чабанский посох и уже не расставался с ним до самого выхода на заслуженный отдых.

В числе первых овцеводов Анд­рей Антонович оказался на отгонных пастбищах Черные Земли, которые размещались в 230 километрах от села в соседней Калмыкии. По 6-7 месяцев в году находились животноводы вдали от дома и семьи, жили в не обустроенных землянках, выпасая в открытой степи с раннего утра и до глубокой ночи овец. Бытовые условия там тоже были крайне суровые, только никто не сетовал на невзгоды, главное – ​в стране установился мир, и следовало поднимать разрушенное фашистами хозяйство. Редкие приезды домой главы семьи для жены и детей казались настоящим праздником. Вот как вспоминает такие события дочь Нина:

— Мы очень ждали папу домой, старались обязательно приготовить что-нибудь вкусное, чтобы порадовать его. Те 5-7 дней побывки пролетали мгновенно, и он снова собирался в дальнюю дорогу, без старшего чабана отара не могла долго оставаться.

С 1972 года Андрей Антонович начал работать на ОТФ вблизи села. Но по привычке своих «подопечных» перегонял по степным просторам на несколько километров, до самого озера Маныч, чтобы те каждый день могли наедаться досыта. Хороший уход и заботливое отношение к животным давали положительный результат. Это выражалось в высокой сохранности овец, получении хорошего настрига шерсти, выхода молодняка и его привесов. Умел чабан и коллектив подбирать достойный, под стать себе. В отдельные годы с ним трудились А. Фоменко, А. Борисенко, Н. Новиков, сын Николай, арбичкой работала А. Капустина.

За вклад, внесенный в развитие овцеводства, Андрей Назаренко в 1966 году был награждён орденом «Знак Почета», в 1970 – ​медалью «За доблестный труд. В ознаменование 100-летия со дня рождения В. И. Ленина». Спустя три года ему вручили орден Трудового Красного Знамени, а затем присвоили звание «Лучший чабан Ставрополья». Как фронтовик, имел орден Отечественной вой­ны II степени и многие медали.

Выйдя на пенсию, Андрей Антонович не бросил чабанское дело, только принял яловую отару, где не требовалось проводить такую сложную кампанию, как окот. Когда здоровье стало подводить, перешёл на более лёгкий труд: занимался поливом растениеводческой продукции, был сторожем в первой овощеводческой бригаде.

Тяжёлое детство выпало и на долю Петра Пономаренко. Как и многие его сверстники, работать на постоянной основе начал в 15-летнем возрасте, ходя до этого регулярно помогал родителям на колхозной ниве. Вместе со многими жителями Киевки ушел на фронт, чтобы бороться с немецкими оккупантами. Когда наступила долгожданная победа, вернулся домой и трудоустроился в колхоз. Правительство страны тогда было озадачено насущным вопросом: следовало накормить страну. Вот и требовалось сельхозпредприятиям наращивать поголовье животных, для ухода за которым нужны люди. Не раздумывая долго, Петр Максимович решил стать чабаном. Осенью 1948 года его вместе с другими овцеводами отправили в Калмыкию на Черные Земли. Первый сезон выдался крайне тяжелым: зима оказалась снежной и холодной, от недостатка кормов пало много мелкого рогатого скота. Переживаний из-­за этого было очень много. Позже он работал на другом отгонном участке в Калмыкии, именуемом Ульдючины‑2.

Общий трудовой стаж у Петра Пономаренко составляет 46 лет. Старшим чабаном он никогда не был, только помощником. Надо отдать должное, у него имелись хорошие наставники, передавшие богатый опыт ухода ха овцами. В числе их – ​Петр Пугачев, потом – ​Иван Косовец. Именно к нему в середине 60-х годов главный зоотехник колхоза Василий Мороз определил в штат Петра и доверил племенное ядро хозяйства. Ответственность была возложена огромная, но животноводы справились с поставленными задачами.

Ещё работая на Черных Землях, Петр Максимович получил свое первое серьезное поощрение, что подтверждает свидетельство № 076655, подписанное главным комитетом Всесоюзной сельскохозяйственной выставки СССР: «Товарищ Пономаренко Петр Максимович – ​чабан колхоза «Сталинский путь» Апанасенковского района Ставропольского края – ​является участником сельскохозяйственной выставки 1956 года и награжден медалью ВСХВ». Неоднократно он был победителем социалистического соревнования, признан ударником ХI пятилетки, посещал выставки ВДНХ, где награждался медалями. В 1976 году указом Верховного Совета СССР Петр Максимович получил орден Трудового Красного Знамени. Достигнув пенсионного возраста, перешел на работу немного полегче – ​на свинотоварную ферму. И трудился там ещё пять лет.

В документах Николая Жидкова, прошедшего все тяготы Великой Отечественной вой­ны, указано, что с овцеводческой отраслью колхоза им. Ленина его связывают свыше 30 лет. Как и многим его коллегам, довелось быть на Чёрных Землях, в Ульдючинах, значит, приходилось трудиться практически без выходных. Например, в 1960 году он отработал 312 дней, в 1961 — 320, 1962 — 310 дней. И так до 1972 года, пока отгонные пастбище не передали в пользование калмыцкому народу. А когда уже обосновался на кошаре, расположенной недалеко от села, то мог себе позволить устраивать выходные дни чаще, чему семья была очень рада.

В основу своей деятельности Николай Степанович всегда ставил такие качества, как ответственность, дисциплинированность и трудолюбие. Требовал того же и от коллектива. Особенно много сил прикладывал во время проведения окота – ​он буквально на два месяца перебирался в сарай и чуть ли не в круг­лосуточном режиме приглядывал за животными. Неудивительно, что в 1964 году от 778 овцематок, закрепленных за Николаем Жидковым, был получен 981 ягненок, что составило 123,8 %. Годом позже он добился выхода молодняка на уровне 120,2 %.

В 1966 году чабан-­передовик был награжден орденом Знак Почета. Даже достигнув пенсионного, возраста Николай Степанович продолжал оказывать посильную помощь колхозу. Ухаживать постоянно за овцами ему уже не позволяло здоровье, а вот сакманщиком работал долго, передавая свой опыт молодому поколению.

Имя старшего чабана Григория Таранухи было широко известно не только в Апанасенковском районе, но и за его пределами.

Он является потомственным животноводом. Еще до Октябрьской революции его дед – ​Сидор Тарануха совместно с семьями своих детей содержал почти одиннадцать тысяч овец. После революции все поголовье разделил между сыновьями и остался жить с младшим Прокофием – ​отцом Григория. Тридцатые годы прошлого столетия «знамениты» повсеместной коллективизацией сельского хозяйства и раскулачиванием тружеников-­единоличников. Семье Тарануха не удалось избежать данной печальной участи – ​всех в 1935 году с обжитого места сослали в Киевку. Но местный колхоз от этого только выиграл, ведь к ним прибыли настоящие профессионалы-­животноводы.

Григорий смог окончить лишь пять классов. Желание учиться – ​было, только возможности не имелось. Дело в том, что началась вой­на, и отец ушел на фронт, а мама – ​тяжело заболела. В марте 1943 года село освободили от фашистов, требовалось возрождать сельхозпроизводство. Пятнадцатилетний парень пошел работать подпаском к чабану Егору Катрыш – ​большому знатоку животных. И Григорию в первый же сезон доверили пасти 20 племенных баранов. Потом была маточная отара, парень старался все тонкости ухода за овцепоголовьем впитывать, как губка, чтобы позже уже самостоятельно применять их в работе и передавать ценные знания другим поколениям.

В 1945 году с долгожданной победой вернулся домой отец, начали трудиться вместе. Вскоре приняли у Захара Скоморощенко отару и отправились на зимовку в Ульдючины, что в соседней Калмыкии. Прирожденный овцевод, Григорий Прокофьевич быстро продемонстрировал свой профессионализм, начал добиваться высоких результатов. В 1958 году правление колхоза назначило его бригадиром участка в Ульдючинах. Настоящий хозяин, он не терпел разгильдяйство, лицемерие и лень, ценил людей по конкретным делам и поступкам. Старался вовремя заключать договоры на заготовку и поставку сена, создать лучшие бытовые условия рядовым труженикам, обеспечить всех продуктами питания и водой. Потом Григория Тарануху переводят на Чёрные Земли учетчиком – ​еще дальше от дома. Следовало формировать отары, организовывать различные рабочие процессы, объезжать все ОТФ, чтобы лично убедиться, как живут чабанские коллективы. Довелось ему и бригадиром там быть. За время свое­­­­го руководства многое удалось сделать по улучшению соцкультбыта – ​на центральной усадьбе построить баню, столовую, клуб, общежитие.

В начале 60-х годов у Григория Прокофьевича уже подрастали четверо детей, жене тяжело было справляться с ними одной, поэтому специалист попросил председателя хозяйства предоставить ему работу ближе к дому и семье. Его переводят бригадиром в Ульдючины. После реорганизации и передачи целинных земель Калмыкии, он полтора года занимал должность заведующего МТФ и понял, что это – ​не его призвание. Потому что постоянно тянуло на овцеферму, снились белые «комочки» новорожденных ягнят, слышалось бесконечное их блеяние. Добровольно Григорий написал заявление о том, чтобы ему доверили любую отару и он снова начал чабановать. Общий трудовой стаж у Григория Таранухи исчисляется не одним десятилетием.

Он был поощрен многими государственными наградами. В 1970 году за перевыполнение производственных планов овцеводу вручили медаль «За доблестный труд. В ознаменование 100-летия со дня рождения В. И. Ленина». Годом позже на основании указа Президиума Верховного Совета СССР поощрен орденом Знак Почета. В 1978 году Григорий Прокофьевич удостоен ордена Трудовой Славы III степени, затем получил орден Трудового Красного Знамени. В его «копилке» находилось множество медалей с ВДНХ – ​золотые, серебряные, бронзовые, а также дипломы, Почётные грамоты, благодарственные письма. Еще ему присвоено звание «Ветеран труда».

На спецпоселение в село Киевку Захар Скоморощенко был сослан в суровые 30-е годы вместе женой Натальей Петровной и четырьмя детьми – ​Еленой, Иваном, Пелагеей и Евдокией. Чтобы выжить, глава семьи начал работать в артели им. Чкалова, а после объединения сельхозпредприятий – ​в колхозе «Сталинский путь» и, соответственно, им. Ленина. Практически с первых своих трудовых дней он оказался в овцеводческой отрасли. Руководство хозяйства некоторое время присматривалось к новому человеку, оценивало характер, пыталось выяснить, как он относится к выполнению поручений и к коллективу. Вскоре убедилось, что Захару Ермолаевичу можно доверить отару.

Участвовать в освободительной Великой Отечественной вой­не ему не довелось, однако он был задействован на мирном «фронте», где тоже оказалось крайне тяжело. Особенно, когда немцы захватили село. Главной задачей овцеводов являлось сохранить поголовье, чтобы оно не досталось фашистам. Поэтому чабаны, и Захар Скоморощенко в том числе, перегоняли отары на десятки километров от Киевки и выпасали их там, живя в открытой степи. А потом он работал на Черных Землях и Ульдючинах, добивался значительных производственных результатов. Но иначе и быть не могло, ведь Захар Ермолаевич буквально сутки напролет находился со своими «подопечными». Даже достигнув пенсионного возраста, продолжал приносить пользу сельхозпредприятию, ухаживая за овцами. В 1966 году, когда Захару Скоморощенко исполнился 71 год, вышел указ о награждении его орденом Трудового Красного Знамени.

Вот такие самоотверженные люди жили и работали на апанасенковской овцеводческой земле. Спору нет, они являются положительным примером трудолюбия, бескорыстия, честности и порядочности для нынешнего поколения. Вот у кого следовало бы поучиться!

Людмила ОСТРИВНАЯ

Фото из архива автора