Россия даёт рекордные урожаи зерна и готова ещё больше увеличивать производство, но то, что происходит с ценами, заставляет переоценивать наши успехи. Глобальные тренды на мировом рынке зерна обсуждались на II Всемирном Зерновом форуме. О его открытии объявили со сцены главного медиацентра Сочи заместитель председателя правительства Российской Федерации Аркадий Дворкович, заместитель директора ФАО ООН Рэн Ванг и министр сельского хозяйства Российской Федерации Александр Николаевич Ткачёв.

Спустя 7 лет

II зерновой форум собрался в России спустя 7 лет пос­ле первого форума в Санкт-Петербурге. Напомнив об этом, заместитель председателя правительства РФ Аркадий Дворкович обозначил главные достижения минувших лет. Россия за эти годы почти удвоила производство зерна и вышла на первое место в мире по объёму экспорта зерновых культур. Это позволило нашей стране занять ведущие позиции на зерновом мировом рынке и в обеспечении глобальной продовольственной безопасности.

img_5117

– Мы сделали паузу, потому что считали, что перед проведением второго форума мы должны притворить наши идеи, наши обещания, прозвучавшие на первом форуме, в жизнь. И большую часть того, что мы обещали, мы сделали, – подчеркнул заместитель председателя правительства России. – Мы продолжим вносить свой посильный вклад в развитие устойчивого мирового продовольственного рынка, мирового рынка зерна. И мы это делаем вместе с нашими партнёрами, делаем открыто, делаем таким образом, чтобы всем нашим друзьям и партнёрам было удобно с нами работать. Мировой рынок зерна нуждается в прозрачных, понятных всем правилах игры, в стабильной политике основных игроков на этом рынке и в постоянном взаимодействии между всеми основными принимающими решения лицами. Именно таким образом, я надеюсь, мы будем работать вместе.

Продовольственная и сельскохозяйственная организация ООН, по словам её заместителя директора ФАО ООН Рэна Ванга, высоко ценит достижения Российской Федерации в производстве и экспорте зерна, очевидные для всего мира.

– Россия является первым в мире экспортёром пшеницы, занимает четвёртое и пятое места по экспорту ячменя и кукурузы соответственно. Это огромная работа является не­оценимым вкладом в стабилизацию продовольственной ситуации во всём мире, установлении процессов устойчивого развития, о которых мы, 192 государства, в своё время договорились в ООН. Мы бы хотели содействовать продолжению подобных процессов. Мы были бы рады, если бы рос вклад правительства Российской Федерации в развитие этой деятельности, – заявил высокий гость форума, пожелав продуктивной работы, обмена опытом и мнениями.

Сочи, олимпийская столица 2014 года, для проведения II мирового зернового форума в этот раз был выбран совсем не случайно. Как отметил министр сельского хозяйства страны и бывший губернатор Краснодарского края Александр Ткачёв, Кубань «действительно житница России», где «получают наивысшие урожаи и производится больше всего зерна». Новый форум, по его словам, был необходим, потому что страна с каждым годом набирает темпы производства и объёмы зерна.

 

– Мы доминируем на мировом рынке и то, что это событие проходит в России, мне кажется, совершенно оправ­дано, – заявил Александр Николаевич. – Я очень надеюсь, что мы продуктивно обсудим все передовые тренды, тенденции, которые существуют сегодня на мировом рынке зерна, и, конечно, проблемы административных барьеров, которые существуют в мировой торговле зерна. Я очень надеюсь, что всё пройдёт интересно, очень полезно для всех участников.

В условиях волатильности

Тему пленарного заседания форума обозначили так: «Производство и рынок зерна: глобальные изменения и возможности». Действительно, произошли действительно серьёзные перемены. Если ранее можно было говорить о голодающих странах и нехватке хлеба, то сейчас предложение зерна на мировом рынке превышает спрос. О дисбалансе между производством и потреблением в первом докладе форума упомянул руководитель трейдерской компании Cargill в Западной и Восточной Европе Роджер Янсон.

img_3139

– Каковы перспективы России в новых условиях? – на этот непростой вопрос модератора заседания ответил министр сельского хозяйства России Александр Ткачёв.

– Мы на правительственном уровне считаем, что с учётом падения цен на нефть, на первое место выходит производство зерна, – заявил он. – Зерно – это тоже наша нефть, это биржевой товар, это экспортный товар и собственно страна на этом достаточно неплохо зарабатывает. Цены на зерно волатильные, сегодня они имеют тенденцию к снижению, но я убеждён, что наступит время, и через 2‑3 года мы увидим рост. Значит мы будем востребованные, больше будем получать прибыли, и, прежде всего, будут получать регионы, которые занимаются выращиванием зерна».

На Юге России собирают порядка 25 млн т высококачественного зерна с большим экспортным потенциалом. За 7 лет производство выросло, по данным министра, на 35‑40 млн т. Число стран-импортёров российского зерна выросло от 60 до 100. Экспорт зерна вырос почти в 3 раза, и это стало серьёзным завоеванием. К примеру, Советский Союз, наоборот, закупал за границей порядка 50 млн т зерна.

– Даже вся инфраструктура наших элеваторов была выстроена на приём зерна, – напомнил Александр Николаевич. – Мы не умели даже грузить, это было ни к чему.

Урожайность зерновых в России за последние 10 лет выросла с 18 ц/га до 26 ц/га в этом году, и это не предел.

Перемены на мировом рынке, на взгляд Александра Ткачёва, тоже имеют положительный знак. Вместо 2 млрд т зерна производится 2,5 млрд т. Доля России в 500-миллионной прибавке совсем незначительна – 4 %.

– Мы не должны переоценивать свои возможности и наши маленькие завоевания, – преду­предил Александр Николаевич. – Потому что если мы производим 117 млн т зерна, то Китай производит 500 млн т, Индия – 450 млн т, США – за 300 млн т. Мы, конечно, много производим, и для нас важно, что мы наращиваем объёмы, но подчёркиваю, мы производим только 4 %.

Объём мировой торговли, как отметил министр сельского хозяйства России, тоже растёт. Предложение зерна выросло с 250 до 350 млн т, при этом доля России в мировом экспорте увеличилась с 1 до 9 %, и за этот показатель, как считает докладчик, «мы можем себя похвалить».

При этом министр напомнил, что на долю России приходится 10 % сельхозугодий планеты и 40 % чернозёмов мира.

– Мы понимаем, где мы живём и куда нам нужно инвестировать. И за счёт этого мы будем прибавлять по урожайности. Но мы производим только 5 % мирового уровня зерна, имея такие огромные резервы, и 2 % продовольствия, то есть ничтожно мало, – трезво оценил ситуацию Александр Ткачёв. – Подчёркиваю: 2 % – это ни о чём.

Если говорить о направлениях российского экспорта зерна, то география за последние годы расширилась. Помимо севера Африки, наш хлеб покупают также в Европе, Азии, Латинской Америке. Недавно в список импортёров российского зерна вошла Нигерия. Эту страну интересует не только пшеница, но и другие российские продукты. Особо перспективными для экспорта Александр Ткачёв назвал страны Азиатско-Тихоокеанского региона.

– Мы говорим о китайском рынке, но Китай – не самый главный игрок-импортёр. Индонезия завозит порядка 8,2 млн т, Япония – 5,7 млн т. Недавно правительственнеая делегация вернулась из Японии, и у нас там тоже завязываются контакты и намечаются поставки не только зерна, но и мясной продукции. Азиатский рынок очень перспективный, и мы должны найти на нём своё место. Там растёт численность населения и потребность в зерновых, уровень потребления мяса.

Скрытые резервы

Что касается мяса, то, по европейским нормам, не помешало бы прибавить уровень пот­ребления на душу населения и в России, признал министр. Откликаясь на внутреннюю пот­ребность, производство животноводческой продукции растёт в среднем на 5 % в год.

– Останавливаться нельзя. Нам нужно производить мясо с расчётом на экспорт, – уверен Александр Николаевич. – У нас много зерна – значит у нас должно быть много мяса, и не только внутри страны для потребления, но и за пределами.

В планах у Минсельхоза России увеличение валового сбора урожая в России к 2030 году до 150 млн т. Для этого будут использоваться все ресурсы – от мелиорации до внесения удобрений. В стране пока орошаются только 5 % сельхозугодий, тогда как в США этот показатель достигает 45 %, а в Германии почти 40 %.

– Отсутствие влажности не даёт возможности получать рентабельный, прибыльный урожай, – подчеркнул министр. – За счёт влаги можно увеличивать урожай в 2‑3 раза в Саратове, в Волгограде, на Юге страны. Вторая проблема – это минимальное вложение в удобрения. Мы производим 20 млн а только 2,6 млн вносим в собственное плодородие. Конечно, это никуда не годится. Половина посевов у нас возделываются вообще без удобрений. Это путь в никуда. Мы должны и стимулировать, и разъяснять, что урожайность в 10 ц/га где-нибудь за Уралом – это не предел этих территорий. Надо получать 15‑20 ц/га, а то и 25 ц/га.

Для сравнения Александр Ткачёв привёл данные по другим странам: в Китае вносят ежегодно до 50 млн т удобрений, в Индии – 30 млн т, в США – 20 млн т. В пересчёте на 1 га получается, что мы вносим 33 кг в действующем веществе, а Китай – 350 кг/га, США – 170 кг/га, Бразилия 120 кг/га. Перед Россией министр сельского хозяйства поставил задачу увеличить внесение удобрений, как минимум, до 10 млн т.

Кроме того, потенциал России, по его словам, кроется в глубокой переработке зерна; в производстве крахмала, глюкозы, сиропов, витаминов.

Чтобы обеспечить экспорт зерна, нужна инфраструктура. Сейчас государство и бизнес закладывают серьёзные мощности по хранению и перегрузке зерна в Забайкалье и Приморье, чтобы экспортировать в страны Азиатско-Тихоокеанского региона 10‑15 млн т.

– Мы смело смотрим в будущее. Мы уверены в том, что зерно – это наши серьёзные возможности. Мы хотим и будем безусловно быть глобальным игроком на мировом зерновом рынке. У нас есть потенциал, скрытые резервы, о которых мы знаем и которые будем использовать, – заверил министр.

Сельское хозяйство – локомотив экономики?

Выслушав оптимистичный доклад министра, модератор заседания экономический обозреватель телеканала «Россия 24» Александр Кареевский задал ему самый больной для аграриев вопрос:

img_3119

– Действительно, Россия сделала огромный рывок вперёд. Сельское хозяйство растёт на 3 %. Это большой показатель на фоне снижения ВВП. Тем не менее, есть проблемы, Александр Николаевич. И особенно это касается производственных процессов. Как министерство сельского хозяйства будет отвечать на такие проблемы, как стоимость ГСМ и другие издержки, которые несут на себе наши товаропроизводители? Есть ли здесь какие-нибудь подвижки или, с вашей точки зрения, всё нормально?

– Подвижки следующие: селяне видят, как системно и чётко мы реагируем на госпрограммы импортозамещения. Вообще, сейчас такая тенденция, что цены на нефть падают… и для зернового рынка, для рынка сельхозпроизводства, это хороший сигнал. Но вот, к сожалению, не побоюсь сказать это в открытую, так устроена ментальность россиян, что если цены на нефть падают, значит мы как-то горюем, говорим о плохой экономике. А когда зерно растёт в цене, нас, наоборот, ругают, нас придавливают, хотят немножко обуздать. Это влияет на инфляцию, это влияет на ценообразование. Но когда цена на зерно растёт, кто улыбается? Крестьяне, фермеры, сельхозпроизводители. Они получают прибыль. Последние 2‑3 года их доходы начали расти, и мы это прекрасно понимаем, ведь раньше цены были совершенно другие, и прибыль у нас была другая, и эффективность у нас была другая. Сегодня другие процессы начались, и слава Богу, уже на правительственном уровне мы прекрасно понимаем, что сельское хозяйство является драйвером. Когда некоторые эксперты говорят: «А что такое сельское хозяйство? Это каких-то 5 % от ВВП страны, даже меньше. Вот нефть для нас интересней, металлы интересней». Слушайте, это не правильно! Это перекос, это игра цифр. 5 % мы производим, возможно, а торговля, а инфраструктура, а логистика? До 20 % населения задействованы в этом процессе, который даёт ВВП налоги, занятость населения, спрос на машиностроение, на оборудование для переработки. Это драйвер, локомотив практически всех экономик мира! Мы все понимаем прекрасно, что сельское хозяйство во многом сегодня страну спасает от глубокого кризиса. И этот рост не случаен. Это активная работа бизнеса, региональных властей, правительства, президента, программ импортозамещения и, конечно, в определённой степени, курса доллара к рублю. Девальвация способствовала тому, что сегодня практически по всем видам деятельности сельхозпроизводства есть рост, и я уверен, он будет продолжаться.

Александр Ткачёв поблагодарил правительство за мощную государственную поддержку отрасли, какой не было даже в советское время. А в ответ пообещал от имени аграриев уже через 5 лет прокормить Россию, закрыв дефицит по большинству направлений сельхозпроизводства.

– Аркадий Владимирович, вам тогда вопрос, – обратился модератор к заместителю председателя правительства России Александру Дворковичу. – Видит ли действительно правительство в сельском хозяйстве некий драйвер роста, локомотив? Или всё-таки сельское хозяйство – это сопутствующая отрасль, которая будет рядом с локомотивом идти вагоном?

– Это единственный сектор нашей экономики, который последние несколько лет устойчиво растёт. Если в других отраслях были и хорошие, и плохие времена в последнее пятилетие, то в сельском хозяйстве наблюдается устойчивый рост. Поэтому сельское хозяйство – это локомотив нашего производства. Это правда, статистический факт, и здесь можно не спорить на эту тему, а просто констатировать, – ответил Аркадий Владимирович. – И это не просто драйвер экономического роста. Это отрасль, которая задаёт настроение. Почему? Потому что продукты – это то, с чем люди сталкиваются каждый день, независимо ни от чего. И люди хотят видеть их качественными, доступными по цене и, конечно же, предпочтительно произведённые в своей стране. Последние два года тенденция здесь очевидна. Всё больше на полках появляется именно российских продовольственных товаров, причём высокого качества. А что касается цен, конечно, покупателям всегда хочется, чтобы они были ниже. Но они ровно такие, какие мы можем себе поз­волить в настоящей ситуации.

Говоря о мировом рынке, Аркадий Дворкович отметил, что конкурентоспособность российского зерна высокая благодаря низким издержкам в долларовом эквиваленте. Цены на бензин в рублях остаются высокими из-за высоких налогов, а в долларах они стали ниже.

Вместе с тем, бюджет России не позволяет оказывать сельхозпроизводителям такую же государственную поддержку, как в Америке или Канаде.

Поэтому наши аграрии, по словам Александра Владимировича, рассчитывают только на природу и свой талант повышать производительность труда, повышать эффективность.

– Мы по объёмам государственной поддержки будем всегда проигрывать, но в этом ничего страшного нет, – успокоил зампред правительства. – Мы доказываем, что можно работать и без огромных государственных денег. Тем не менее, государственная поддержка стабильна, и она будет такой оставаться.

Россия, по мнению докладчика, воспользовалась благоприятной конъюнктурой и фактически восстановила свой потенциал. Но предстоит ещё более сложный этап: наведение порядка в земельных и вод­ных ресурсах, внедрение точного земледелия селекционных достижений. Все это придется делать в условиях низкой доступности финансовых ресурсов и высоких процентных ставок из-за сложной внешнеполитической ситуации.

– Тем не менее, присутствие на российском рынке таких международных компаний, как Cargill, Louis Dreyfus, CLAAS, Olam International Limited и других наших партнёров свидетельствует о нашей открытости для инвестиций, – отметил Аркадий Дворкович.

Основу российского сельхозпроизводства составляют крупные, современные хозяйства, в которых правительство видит залог успеха. Хотя мелкий сельскохозяйственный бизнес оно тоже продолжит поддерживать, чтобы сохранить устойчивость рынка.

Заграница нам подскажет

Насколько важна роль государственной поддержки, исходя из опыта других стран, например Канады? По словам гостя из этой страны Джерри Ритца, который занимал пост министра сельского хозяйства в 2007‑2015 годах, а сейчас является членом парламента Канады, «сельское хозяйство – это очень гибкая и быстро адаптирующаяся отрасль». Каждое государство может само, решать, насколько оно будет поддерживать эту сферу.

img_3139

– Нет единого рецепта. Нужно оценивать, что меры сделают с экспортом и импортом в другие страны. Необходимо понимать, что иногда вмешательства нужно больше, чем в другие периоды. Рынок всегда подстроиться, если дать ему время, – подчеркнул Джерри Риц. – Эта отрасль должна быть стабильной и предсказуемой. Ведь все заинтересованы в том, чтобы продукты были на полках магазинов вовремя и по приемлемой цене.

Большую роль в самодостаточности отрасли играют технологии.  Когда последние достижения придут в сельское российское хозяйство, многие вопросы, связанные с его рентабельностью и эффективностью, будут сняты, считает председатель наблюдательного совета CLAAS Катрина Клаас-Мюльхойзер. В свою очередь, производители техники, по её словам, ориентируются на запросы аграриев.

 

Эффект интервенций оценивается урожаем

Вопросы обеспечения населения земли водой и пищей с каждым годом становятся всё более актуальными. Производство зерна считается фундаментом продовольственной безопасности планеты, а ключевым звеном в продовольственной безопасности России является инфраструктура хранения и перевозки зерна. За её развитие в России отвечает «Объединённая зерновая компания», учреждённая президентом России в 2009 году.

Самым важным проектом, который реализует ОЗК, директор компании Марат Шайдаев считает строительство Дальневосточного зернового терминала для огромного региона, где не было ни одной специализированной площадки для перевалки зерна. Этот проект стоит порядка 11 млдр руб.

Вторым важным звеном в продовольственной безопасности Марат Магомедович назвал государственные интервенционные закупки зерна, которые осуществляет ОЗК.

img_5117

– Это очень важный, существенный момент в работе сельхозпроизводителя, это осуществление политики поддержки сельхозпроизводителя. Мы как агент, действуя по приказу правительства Российской Федерации в лице Минсельхоза, готовы и каждый день делаем труд сельхозпроизводителя выгодным, – заявил Марат Шайдаев, – чтобы в следующем году большой урожай не ударил по карману нашего производителя, чтобы наше зерно для нашего сельхозпроизводителя не оказалось дешёвым, что бы труд был выгоден.

– Насколько оперативно правительство даёт вам команду? – задал модератор волнующий аграриев вопрос. – Может быть, вы как-то сами должны регулировать процесс интервенции? И второй вопрос. Объединённая зерновая компания занимает большое место, а может ли какой-то новый инвестор зайти к вам? Нужен ли он здесь? Какие перспективы у потенциальных инвесторов на нашем рынке?

– Наверное, мне некорректно оценивать министерство сельского хозяйства как своего заказчика. Но гибкий подход министерства к вопросу интервенции дал возможность развития сельхозпроизводителю, – ответил Марат Шайдаев. – Что значит выделить деньги и дать правильное указание агенту купить в том или ином регионе зерно? Это значит, что в следующем году производитель зерна не разорится. Мы помним историю 20‑30-летней давности, когда таких инструментов в руках государства не было или они были не эффективны. Появление на рынке огромного количества импортного дешёвого зерна приводило к тому, что сельхозпроизводитель просто разорялся. Сегодня мы видим большие урожаи, и это говорит о том, что этот инструмент в руках минсельхоза эффективен. Что же касается других инвесторов, мне кажется, это привлекательная для инвестиций отрасль экономики, тем более в Российской Федерации. Рынок огромен. Когда производство зерна растёт, растёт и эффективность вложения в то или иное предприятие, и банки финансируют, и инвесторы вкладывают.

– Может быть, министерство сельского хозяйства должно Вам делегировать больше полномочий для коррекции рынка? Ведь вы всё время на рынке присутствуете, а Минсельхоз занимается, как я понимаю, не таким оперативным урегулированием цен, – не унимался модератор, явно намекая, что решения об интервенциях принимаются с запозданием. Но Марат Магомедович в присутствии руководителя ведомства отвечать на вопрос не стал, и Александр Кареевский переадресовал его министру сельского хозяйства Александру Ткачёву.

– Он закупает как агент за деньги бюджета, и мы являемся заказчиками, – подчеркнул Александр Николаевич. – Если бы у него были свои свободные ресурсы, то, наверное, этот механизм был бы проще, гибче. Нам нужно выделить деньги из бюджета, и каждый год это происходит достаточно не просто. В любом случае, механизм работает. Мы вместе собираемся и определяем уровень регионов, ценообразование. Более того, уже в следующем году мы хотим сделать интервенции и на молоко, особенно в периоды, когда много молока, и цены падают. Чтобы снять лишнее молоко с рынка, можно его высушить и получить сухое молоко. Мы этим самым будем стимулировать рост цены, а это немаловажно для привлечения инвестиций.

– При решении о начале или нецелесообразности интервенции нужно учитывать не только рыночные факторы, связанные с внутренним рынком зерна, но и международный аспект, – добавил Аркадий Дворкович. – И здесь могут быть не только экономические, но и определённые политические прогнозы, которые влияют на глобальный рынок. Также нужно учитывать, что есть интересы производителей и потребителей, и правительство, в том числе, смотрит, как защищены интересы потребителей. Поэтому ничего страшного, если триггером (сигналом – ред.) является всё-таки решение министерства сельского хозяйства. Но, безусловно, у компании должна быть определённая гибкость и вполне возможно, что она недостаточна. Мы будем обсуждать этот вопрос с другими регуляторами и при необходимости придадим большую гибкость этому процессу.

– Истинной является хороший урожай, – подчеркнул Марат Шайдаев. – И сам урожай – ответ на вопрос, насколько гибок этот механизм. Недопроизводство, дефицит так же опасен, как профицит. И профицит не лучше, если государство не поддерживает производителя. Это очень тонкий баланс, который нужно выдерживать.

Обещания и перспективы

Вице-президент Olam International Limited Радж Вардхан вновь переключил внимание участников форума с проблем внутреннего рынка России на глобальные тенденции.

 

Он напомнил о том, что продовольствия в мире не хватает, и часть населения планеты до сих пор голодает, в том числе дети. В число 8 главных целей третьего тысячелетия ООН включила ликвидацию абсолютной бедности и голода. Кроме решения собственных экономических проблем страны-экспортёры продовольствия договорились оказывать помощь беднейшим государствам Земли.

Россия – не исключение, и Александр Дворкович подтвердил, что наша страна продолжит «полноценно участвовать во всех программах международных организаций, направленных на достижение целей тысячелетия, в том числе с точки зрения продовольственной безопасности». В частности, Россия помогает странам Центральной Азии, а также Южной Америки.

Подводя итоги дискуссии о регулировании зернового рынка, Аркадий Владимирович указал, что Россия использует 3 основных инструмента, как и другие страны. Это финансовые инструменты в виде налогов и субсидий, зерновые интервенции и регулирование торговли, в том числе экспортными пошлинами, которые зампред правительства назвал «не самым лучшим инструментом».

– Но у нас не было другого пути стабилизации этого рынка, мы отказались от экспортных пошлин, как только это стало возможным. У нас нет планов к этому возвращаться. Мы на 99 % уверены, что не вернёмся, – заявил Аркадий Владимирович. – Если никаких новых форс-мажорных ситуаций не будет, и мы такие меры торговой политики использовать не будем. Мы сегодня используем определённые запреты на импорт продовольственных товаров – ответный шаг на санкции, введённые рядом наших партнёров. Надеемся, что с отменой санкций наши ответные меры уйдут в прошлое. Хотя в этот промежуток времени они позволили нашим производителям почувствовать себя спокойнее, лучше, увереннее, занять ниши, которые раньше были заняты импортными товарами.

Аркадий Дворкович заверил, что механизм интервенций будет налаживаться, пока не заработает «эффективно, прозрачно, понятно для всех участников рынка». А вот щедрых мер финансовой поддержки аграриям он не обещал, напомнив об ограничениях ВТО.

– Акцент будем делать на поддержку новых инвестиционных проектов, которые позволяют нам увеличивать присутствие на рынке. У нас в дефиците всё ещё остаются молочные продукты, и компания Olam является одним из инвесторов этой отрасли, а также плодоовощная продукция, – разъяснил Аркадий Владимирович грядущую политику в сфере поддержки сельхозпроизводства. – Мы будем дифференцировать поддержку, исходя из особенностей регионов нашей страны. Будем продолжать предоставлять налоговые преференции сельскому хозяйству. Мы не ждём какого-то прямого дохода от сельского хозяйства в виде налогов в больших объёмах. Но мы видим, что сельское хозяйство даёт людям работу, приносит доход, и налоговые льготы окупаются. Мы будем сохранять эти меры поддержки. При этом готовы продолжать постоянно вести диалог с участниками рынка, будь это российские производители или международные партнёры. Продолжим диалог и с отраслевыми организациями, и с союзами пот­ребителей, потому что мнение каждого для нас важно, и решения будут приниматься на основе результатов диалога. Мы будем продолжать внимательно следить за достижениями мировой сельскохозяйственной науки и технологическим развитием. На нашей территории можно применять все самые современные технологии области машиностроения и в биотехнологиях.

– Можно ли ожидать, что правительство Российской Федерации будет поддерживать сельское хозяйство, если вдруг санкции отменят, потому что многие даже радовались когда они были введены? – поинтересовался модератор.

– Мы всегда будем поддерживать наше сельское хозяйство и намерены это делать эффективно, чтобы наши сельхозпроизводители чувствовали себя спокойно. Понимаем, что, в конечном итоге, мы будем жить в условиях конкуренции и к этой конкуренции готовы в любой момент, – ответил Аркадий Дворкович.

Эти намерения подержал и премьер-министр России Дмитрий Медведев, прибывший к концу пленарного заседания II Всемирного зернового форума, чтобы поприветствовать участников форума.

 

Он напомнил, что и 100 лет назад Россия была крупнейшим игроком на международном продовольственном рынке, а потом в силу не зависящих от аграриев обстоятельств потеряла этот статус и даже вынуждена была покупать продукты, включая зерно, за границей.

– Сегодня мы сделали большой шаг вперёд. Это свершившийся факт, о котором говорит рекордный урожай этого года, и пользуясь возможностью, хочу ещё раз поздравить аграриев, которые внесли свою лепту в этот выдающийся результат. Здорово, что мы заняли первое место в прошлом году по объёму экспорта пшеницы, и есть предпосылки сохранить это место и в текущий период. Но самое главное, что мы действительно стали значимым участником международного сельскохозяйственного рынка, – подчеркнул Дмитрий Анатольевич. – Мне кажется, это хорошо для нас, наших аграриев, хорошо для нашей страны, ну и конечно это не плохо и для международного рынка. Задача, которая сейчас стоит, увеличить производство зерна до 130 млн т за ближайшие 10‑15 лет. Ресурсы для этого все есть, но самое главное, что сегодня есть люди, которые готовы работать на земле. В девяностые годы у нас произошло очень существенное сокращение посевных площадей. Сейчас мы возвращаем эти земли в оборот. По некоторым оценкам, можно дополнительно использовать порядка 12 млн га. Причём из-за изменения климата в мире сейчас идёт обратный процесс, количество посевных полей в мире сокращается. Россия может хотя бы частично компенсировать потерю этого ресурса и играть стабилизирующую роль в глобальных масштабах. Я, когда сюда подходил, слышал вопрос, что будет, когда санкции отменят. Во-первых, их никто ещё не отменяет, и не знаю, когда они будут отменены. Во-вторых, абсолютно согласен с тем, что государство всегда будет оказывать поддержку отрасли. Мы приняли решение сохранить бюджетные ассигнования в агропромышленный комплекс на достигнутом высоком уровне. И эти предложения были поддержаны Государственной Думой, которая проголосовала за проект государственного бюджета. Все знают: бюджет трудный, там целый ряд ограничений, мы вынуждены были какие-то статье расходов уменьшать, где-то оптимизировать. Но это не коснулось сельского хозяйства.

Дмитрий Медведев подчеркнул, что аграрии должны сосредоточиться на внедрении передовых технологий, использовании сенсоров и роботов, благодаря которым «агробизнес из трудозатратного превращается в капиталоёмкий». Другое важное направление, по его словам, – это переработка, которая даёт добавленную стоимость.

– Такая страна, как Россия, вне всякого сомнения обязана себя кормить, – заявил премьер. – И я уверен, что мы и сейчас, достигнув очень хорошего уровня в обеспеченности продуктами питания, и дальше этот курс продолжим, развивая и гео­графию экспорта. Для нас это не только традиционная северная Африка, Ближний Восток, но и страны Европы, Латинской Америки, Азиатско-Тихоокеанский регион, который очень бурно развивается. У нас там много деловых партнёров. Для того, чтобы всем этим заниматься, нужно развивать инфраструктуру зернового комплекса. Работа эта ведётся, поэтому уверен, что скоро появятся современные зерновые терминалы по перевалки сырья в Азию. По сути, сегодня мы стоим перед лицом нового цикла развития сельского хозяйства. Россия не собирается быть в стороне от этих процессов. Уже общим местом стали наши утверждения о том что самым быстрорастущим сектором у нас в стране является сельское хозяйство, и даже в условиях падения экономики сельское хозяйство продолжает рост. И хочу заверить всех тех, кто присутствует здесь: мы свою ответственность понимаем. Будем поддерживать набранные темпы!

 

Лана ИСАКОВА

Анна КОРОЧИНА

фото Евгении ДУБ