Овца, она и в Африке овца…

1544

Удивительно, но там, где, по нашим представлениям, круглый год лето – самая низкая температура плюс 14 градусов – занимаются разведением овец. Больше того, овцеводство – одна из трёх важнейших отраслей экономики. Правда, до 80 процентов овцеводческой продукции идёт на экспорт, обеспечивая стране твёрдую валюту. 

А молодая баранина по праву считается самым ценным деликатесным мясом, которое с удовольствием потребляют как внутри страны, так и за её пределами. Но самих животных категорически запрещается вывозить. Страна преимущественно аграрная, однако именно она лидирует по части экономики на своём континенте. Эта страна – Южно-Африканская Республика. Именно там, в городе Стелленбос, что в 50 километрах от Кейптауна, с 29 апреля по 5 мая проходила Девятая международная конференция заводчиков мериносовых овец. 

Самые большие делегации были из Австралии и Новой Зеландии, приехали овцеводы из Аргентины, Уругвая, Лесото. Российская делегация состояла из 18 человек. Четверо из них – ставропольцы: академик Василий Мороз, генеральный директор Национального союза овцеводов России Михаил Егоров, директор СНИИЖК Марина Селионова и руководитель СПК племзавод «Восток» Пётр Лобанов. Именно Петра Васильевича нам и удалось расспросить о конференции. Он, правда, немного посетовал, что речь там шла о мериносовой овце с супертонкой шерстью, которой в «Востоке» не занимаются, но всё же отметил, что поездка была полезной. Встретиться с коллегами, обсудить общие проблемы, освежить в памяти какие-то знания никогда не лишне.

Овец в Южную Африку больше двухсот лет назад завезли португальцы. И оказалось, что условия для них тут весьма благоприятные. И в предгорной, и в горной частях страны, где сегодня находится 55 процентов поголовья, и даже в пустынной зоне, где пасутся остальные овцы. Конечно, с тех пор произошли изменения. Например, породу «Дони» с супертонкой шерстью завезли из Австралии, а потом улучшили с помощью своих баранов. Есть овцы породы «Дон-Мерино», есть  южноафриканский мутоновый меринос.

Понятно, что породы везде свои. Но основное отличие в ведении овцеводства всё-таки не в этом. Тому, что южноафриканские овцеводы могут круглый год держать овец на выпасах под открытым небом, можно только позавидовать. Никаких помещений для животных там не делают, разве что лёгкий навес на случай непогоды. Овечка даже в пустыне, когда на каждую голову приходится 2 гектара земли, может что-то для себя найти. Ходит она в определённом загоне, пока там есть для неё корм, потом её перегоняют на другой огороженный участок. Когда овцы выбивают копытами пастбище, овцеводы занимаются коренным улучшением его, подсевают, в основном, злаки. И окот, и стрижка – всё происходит на открытом воздухе. Стригут животных дважды в год, перед ягнением и перед осеменением. Нашего земляка спросили: «Мистер Лобанов, а вы стрижёте овец дважды?» Он ответил, что нет: у нас температура зимой доходит до минус 20 градусов. И увидел округлившиеся от удивления глаза: остальным делегатам конференции даже представить такое было невозможно. Пётр Васильевич рассказал о том, как в «Востоке» заготавливают корма. Коллеги рассудили: это очень трудоёмко и, очевидно, нерентабельно… Но нашим овцеводам приходится этим заниматься в тех условиях, в которых мы живём. 

Сейчас шерсть у нас в стране стала потихоньку подниматься в цене. Но всё равно отстаёт в этом от зарубежной. 

– Как нас рассказывали, в 90-е годы за одного племенного барана в ЮАР можно было купить «Мерседес», – говорит руководитель «Востока». – Сейчас ситуация такая: супертонкая шерсть стоит порядка 7,5–8 долларов за килограмм, а если взять с учётом низов, то 4,5–5 долларов. У нас же за неё платят полтора, за самую лучшую – максимум 2,5 доллара. Платили бы нам хотя бы 4–5 долларов за килограмм, – заниматься овцеводством было бы более выгодно. 

Парадокс: условия  в ЮАР лучше, продукция даётся меньшими усилиями, а плата за неё выше. И государство поддерживает овцеводческую отрасль, помогает закрепить в овцеводстве благодаря семейным фермам женщин и молодёжь, потому что тенденция оттока людей из отрасли проявляется и на противоположном от нас краю земли. Если в 1965 году в ЮАР было 300 тысяч фермеров, то в 2013-м их осталось ровно в десять раз меньше. А через десять лет, по прогнозам, будет всего 7 тысяч. И это при том, что овцеводство – дело престижное и выгодное. Занимается им, в основном, белое население, и по уровню заработков фермеры находятся на втором месте в стране – после врачей. Как всякое серьёзное дело, овцеводство требует соответствующих усилий, а главное, специальных знаний. Ферму по наследству можно передать, можно приучать детей с малых лет смотреть за овцами. Но наука идёт вперёд, и главный принцип, которого придерживаются в стране – тот, кто хочет хорошо жить, должен иметь соответствующее образование. Поэтому родители не скупятся на оплату обучения детей, выбирают хорошие образовательные учреждения.

Фермы там, естественно, частные, чаще всего семейные, небольшие (если содержится 2 тысячи овец, она считается крупной), но ассоциации и кооперативы фермеров очень строго следят за тем, чтобы все овцы были породистыми. Племенная работа поставлена очень чётко, любую овцу в отару пустить не позволят. Осеменение только искусственное, как и во всём мире сегодня, – овцеводы пришли к выводу, что от естественной случки хорошего потомства ждать трудно, – и допускается применение только племенных баранов. Овца упитанная, в охоту приходит дружно.

– В ЮАР идёт постепенное сокращение числа овец, – продолжает рассказ Пётр Васильевич, – но при этом потребление шерсти остаётся примерно на одном уровне. А вот потребление баранины увеличивается. Как и везде, в пищу там идёт и говядина, и свинина, и птица. Так вот свинину не очень жалуют, поскольку свинья и человек имеют схожие гены, птицу тоже, поскольку при её производстве используются добавки и антибиотики, а вот баранина вне конкуренции: овца питается свежей травой, при её выращивании не применяется никакой химии, поэтому мясо самое вкусное и полезное. Баранчиков забивают в восьмимесячном возрасте, так что мясо очень нежное. Селекция направлена одновременно на улучшение мясных качеств и получение супертонкой шерсти.

…Можно представить себе картину: сидит в ресторане южноафриканец, поглощает блюдо из баранины и запивает прекрасным местным вином. Рядом со Стелленбосом, где проходила конференция, располагаются виноградники, здесь делают знаменитые на весь мир вина. Да, местность пустынная, но экономное капельное орошение и подходящий для лозы климат делают своё дело. Ну, а если в ресторане сидит не южноафриканец, а человек, приехавший из другой страны, то ему предстоит ещё удовольствие поездить по окрестностям, побывать в Кейптауне, в национальном заповеднике, посетить Мыс Доброй Надежды, потому что туризм – третий «кит» из тех, на которых держится экономика этой богатой африканской страны. (Первые два – овцеводство и виноградарство с виноделием). 

Членам нашей делегации тоже удалось осмотреть достопримечательности в окрестностях Кейптауна. Однако подавляющую часть времени они были заняты делом: с половины девятого утра и до половины седьмого вечера слушали лекции. Естественно, с перерывами для ланча. Участники конференции побывали в опытно-экспериментальном хозяйстве научного института, получили представление о том, как организована южноафриканская ферма. А также выбрали нового руководителя международной ассоциации овцеводов. Им стал австралиец Том Эшби. 

Ну и, конечно, много общались с коллегами, в числе которых оказались и знакомые по предыдущим встречам. Организация конференции оставила хорошее впечатление: всё было чётко, вовремя, без заминок и сбоев. А главное, с пользой для дела.