Фанаты-козоводы

1663

Пожалуй, ни один из круглых столов в рамках международной выставки «Агроферма-2014» не собирал такого большого числа людей, в хорошем смысле «фанатеющих» от выбранной делом жизни сферы деятельности. Речь — о козоводах, которые активно развивают эту не самую популярную на сегодняшний день подотрасль животноводства. Позитивный фанатизм отмечали и ведущие мероприятия, высокий ранг которых подтверждает государственный интерес к козоводству как к направлению, способному дать значительный толчок к оздоровлению нации. — Кирилл Игоревич Черкасов — первый заместитель председателя комитета Государственной Думы Российской Федерации по аграрным вопросам и Харон Адиевич Амерханов — заместитель директора Департамента животноводства и племенного дела Министерства сельского хозяйства РФ.

Значимая для здоровья нации отрасль держится на энтузиазме

Остатки не сладки

Польза козьего молока была известна с древних времен. Но и сейчас молодые мамы, кому пришлось столкнуться с различными детскими заболеваниями, ищут возможность обеспечить малышей этим незаменимым по биологическому составу продуктом. Впрочем, на выставке в Москве люди встретились не для обсуждения полезных свойств козьего молока, поскольку каждый из них на собственном опыте убедился в этом. Речь на мероприятии пошла о глобальных вопросах подотрасли: законодательном регулировании, современных технологиях кормления и воспроизводства в молочном козоводстве.

Открывая встречу, Харон Адиевич Амерханов отметил:

— Из всех девяти «водств», которые на сегодняшний день существуют в животноводстве, козоводство меньше других ощущает поддержку со стороны государства. Эту ситуацию нужно менять. Необходима организация целого комплекса мероприятий, которые бы способствовали развитию этой подотрасли. Только системная государственная поддержка способна дать реальные результаты. И мы встретились, чтобы обсудить те меры, с помощью которых козоводство будет динамично развиваться в нашей стране.

В России на сегодняшний день существует Государственная программа развития овцеводства и козоводства. Она разработана по трем основным направлениям. Это продвижение племенных хозяйств, прямая поддержка сельхозпредприятий в соответствии с требованиями и ограничениями ВТО и возможные региональные программы, которые финансируются в зависимости от размера «бюджетного кошелька» того или иного субъекта федерации. Однако как показывает практика, действенные рычаги господдержки действуют фактически только для овцеводческого «крыла», в то время как помощь козоводству оставляет желать много лучшего.

— Мы ратуем за то, чтобы козоводство было выделено в особую подотрасль, что даст возможность получения дополнительного финансирования, а не по остаточному принципу, — подчеркнул заместитель директора Департамента.

Одной из причин, сдерживающих развитие козоводства, остается неразработанный товарный сектор, в связи с чем и возникают проблемы реализации конечного продукта.

Пролоббировать здоровье

Недостатки Государственной программы развития сельского хозяйства обозначил в своем вступительном слове Кирилл Игоревич Черкасов. По его словам, в документе не находят отражения природно-климатические особенности регионов. В то же время ситуация с молочным животноводством вызывает огромные опасения. Более 50 процентов молочной продукции —

это не живое молоко, а его производные. К тому же до сих пор не удалось наладить должный контроль за качеством, в связи с чем на прилавки магазинов нередко поступают продукты с сомнительным составом, Первый заместитель председателя комитета Госдумы РФ по аграрным вопросам пообещал козоводам всемерную поддержку в законодательном собрании

— Я буду отстаивать ваши предложения в Госдуме, — сказал он. — Но нужно, чтобы вы тоже отстаивали свои интересы в профильных союзах и объединениях.

Кирилл Черкасов призвал учитывать опыт коллег из Казахстана и Беларуси, где накоплен большой опыт по разведению коз и реализации продукции козоводства.

Первым докладчиком на круглом столе стал заведующий кафедрой экономической кибернетики РГАУ-МСХА имени К.А. Тимирязева Анатолий Иванович Филатов. Тема выступления — направления законодательного регулирования развития молочного козоводства в России по итогам обсуждения в Государственной Думе Российской Федерации.

— Я — старый козовод, — с гордостью сказал ученый. — Вот почему меня так волнует ситуация, сложившаяся в отрасли.

Как рассказал Анатолий Иванович, в России на сегодняшний день производится менее двух с половиной тысяч тонн козьего молока в год, что составляет менее одного процента молочного рынка. Академик подчеркнул, что необходимо стимулировать не только и не столько производство, сколько спрос. Речь идет, в частности, о необходимости социальной рекламы, которая бы рассказывала о пользе козьего молока. Кроме того, Анатолий Филатов остановился на проблемах развития кормопроизводства и организации племенной работы, на необходимости поддерживать как кооперативы, так и личные подсобные хозяйства, занимающиеся разведением коз. Он привел пример успешных хозяйств, специализирующихся на козоводстве, после чего рассказал, из каких составляющихся складывается работа с главным законодательным органом страны. Ученый призвал собравшихся более активно озвучивать проблемы, с которыми им приходится сталкиваться в процессе производства с тем, чтобы довести эти сведения до депутатского корпуса и разработать меры по стабилизации и дальнейшему развитию козоводства.

Будущее — за глобалистами

Яркой и запоминающейся оказалась презентация самого молодого участника конференции — Тараса Владимировича Кожанова, представлявшего самое крупное козоводческое хозяйство в России, расположенное в республике Марий Эл. Экономическое образование выступающего определило тематику доклада:

— Расхожее выражение: для того, чтобы заработать на жизнь, нужно работать. Но для того, чтобы разбогатеть, нужно придумать что-нибудь другое, начал выступление докладчик. — В молочном козоводстве нужно работать. Думаю, все, кто занят в этой подотрасли, согласятся со мной, что разбогатеть на этом достаточно проблематично.

Тарас Владимирович обозначил основные проблемы промышленного козоводства, с которыми так или иначе сталкиваются, пожалуй, все сельхозпроизводители: чтобы разводить коз на достаточно высоком уровне, нужны серьезные вложения, однако возвратить эти инвестиции очень непросто.

Докладчик привел пример Соединенных Штатов Америки, а именно, статистику по крупному рогатому скоту, которая выявляет две основных тенденции. Первая из них касается изменения количества хозяйств, занятых разведением КРС, в первую очередь молочным животноводством, за последние 40 лет. В 70-е годы прошлого столетия в этой стране было зарегистрировано порядка 600 тысяч хозяйств, однако за последующие четыре десятка лет это число сократилось до 80 тысяч. Иными словами, из каждых девяти хозяйств осталось только одно. Но есть и другая тенденция, касающаяся количественного состава ферм. Если в 70-х годах в среднем в одном хозяйстве содержалось всего лишь 20 коров, то в нашем тысячелетии этот показатель вырос до 120. Налицо сокращение хозяйств при одновременном их значительном укрупнении.

Почему это происходит? Судя по данным Департамента сельского хозяйства США по молочному животноводству, если рассмотреть несколько градаций по количественному составу поголовья КРС, те фермы, на которых содержится менее 500 коров, имеют отрицательную рентабельность. А по сути, существенную прибыль имеют лишь те хозяйства, численность крупного рогатого скота в которых превышает тысячу голов. Вывод напрашивается сам собой: все небольшие фермы «вымирают» по банальной причине: у них заканчиваются деньги.

Впрочем, положительная рентабельность наблюдается и у небольших хозяйств, однако процент их чрезвычайно низок. Так, к примеру, в 2006 году прибыль смогли зафиксировать всего восемь процентов хозяйств, где содержится до 50 голов КРС. В то же самое время там, где размер стада превышал тысячу коров, этот показатель оказался более 70 процентов.

— Если подытожить вышесказанное, — подчеркнул Тарас Кожанов, — для того чтобы заработать денег в козоводстве, покрыть все свои затраты и инвестировать деньги в дальнейшее развитие, одного желания недостаточно. Более того, попытавшись систематизировать тенденции развития молочного козоводства, я пришел к выводу, что на сегодняшний день ферма, которая может претендовать на успешную работу, поддержку инвесторов, интерес со стороны банков, начинается с четырех тысяч голов дойного стада коз. Все хозяйства меньшего размера будут испытывать большие проблемы с возвратом кредитов, вложенных средств и так далее. Я могу предположить, что возможно использование незатратных технологий, к примеру, когда нет необходимости строить новые козлятники, а есть возможность приспособить под ферму уже имеющиеся помещения, однако спорить с мировой статистикой очень сложно.

 Инвесторы не спешат

В сельском хозяйстве недостаточно внимания уделяется вопросам финансового менеджмента. Когда происходит инвестирование средств в новую ферму, большинство не понимает: для чего нужно сейчас «закапывать» десятки, а то и сотни миллионов, если прибыль можно получить только много лет спустя, да и то не со стопроцентной вероятностью.

Разведение коз сопряжено с огромными финансовыми рисками, характерными для любого сельхозпроизводства, но имеющими особую специфику в животноводстве. Это риски, связанные с продуктивностью животных, возможностью заражения стада тяжелыми инфекционными заболеваниями, с реализацией продукции, с удорожанием кормов и повышением себестоимости молока.

— Давайте сравним ведение бизнеса в нашей стране и за рубежом, — продолжил Тарас Кожанов. — Возьмем для примера всем известный Ростсельмаш, один из заводов которого находится в Канаде. Владимир Владимирович Путин однажды попросил предоставить ему докладную записку, почему Ростсельмаш не переносит свое производство из далекой заокеанской страны в Россию. Кстати, с этой выдержкой более подробно можно ознакомится в одной из социальных сетей, в которой представлена эта компания. Оказалось, что Ростсельмаш не может себе этого позволить. Если это произойдет, у компании… закончатся деньги. В докладной записке было сказано, что в Канаде Ростсельмаш за год может заработать порядка 16 миллионов долларов в год, а в России с учетом разных статей затрат он получит убыток. То есть несмотря на то, что у нас в среднем более низкие зарплаты, более дешевый газ, у нас гораздо более дорогие проценты по кредитам и непомерно высокие налоги. Но, к сожалению, большинство наших сотрудников не представляют себе, что та зарплата, которую они получают на руки, не сопоставима с теми затратами, которые ложатся на плечи компании. Для них главное деньги.

Мы уже выросли из состояния, когда конкурируем только между собой. Мы давно находимся на глобальном рынке. На сегодняшний день нет проблемы в том, чтобы завести из Европы сухое молоко. Поэтому когда мы говорим о себестоимости продукции, мы должны брать для примера лучшие компании на Западе и конкурировать с ними, иначе все, что мы делаем, особенно с учетом длительности окупаемости фермы, сопряжено с большими рисками.

Еще одно отличие — сколько людей работает в среднем хозяйстве в России и за рубежом. Западная ферма выглядит так, словно на ней работает всего два-три человека. Впрочем, так оно и есть. За рубежом коллектив козоводческого хозяйства — это владелец фермы и несколько наемных дояров. В нашем случае — иная картина. Ты еще не успел завести коз на объект, но у тебя уже должно быть четыре оператора газовых котлов, один начальник газовой котельной, два электрика, четыре охранника. Мы живем в особенном мире. За рубежом никогда в голову не придет, что в хозяйстве может быть два штатных бухгалтера. Это, конечно, связано еще и с уровнем зарплат, поскольку на Западе фермер просто не сможет такого позволить, но у нас это абсолютная норма! То есть у нас на одного человека приходится меньшее количество животных, что негативно сказывается на себестоимости, на прибыли, а в конечном счете на извечном для козоводов вопросе: куда делись деньги?

Большинство козоводов в России озабочены одной общей для всех проблемой: реализация продукции, связанная с большими рисками продаж. Продать что-то на стабильном уровне по стабильной цене очень непросто и непредсказуемо. Соответственно, нельзя вкладывать средства в новую ферму, не имея стабильных продаж. В противном случае это будут так называемые утопленные затраты.

Еще одна проблема вот в чем. К примеру, если строится бизнес-центр в городе, то он имеет изначальную ценность: помещения можно сдать в аренду либо возможно продать само здание. Но как только вы заканчиваете строительство козьей фермы, то это здание уже никому для других целей не пригодится. То есть затраты, которые несете на строительство фермы, не имеют с точки зрения рынка цены. И это тоже является риском.

Важность доклада Тараса Кожанова подчеркнул Кирилл Черкасов, который, в частности, отметил:

— Вопрос производительности труда и себестоимости — один из основных в любой отрасли животноводства. Хорошо, что в козоводческую подотрасль приходят молодые кадры. Мы постоянно говорим о том, что невозможно повышать производительность труда, если у нас не будет профессиональной смены. И когда приходят молодые ребята, которые изучают особенности рынка и выносят эти вопросы на обсуждение для дискуссии, это здорово. А в дальнейшем необходимо заниматься разработкой рекомендаций по этим вопросам.

 Что съедим, то и дадим

Современные подходы к кормлению молочных коз стали темой выступления представительницы Ставрополья. Кандидат сельскохозяйственых наук Светлана Ивановна Новопашина — заведующая лабораторией козоводства и пастушеского собаководства ГНУ Ставропольского НИИ животноводства и кормопроизводства Россельхозакадемии рассказала о прежней практике встреч козоводов.

— Раньше в рамках круглых столов мы в основном обсуждали, где можно приобрести животных. И если до настоящего времени наиболее интересные предложения были связаны с западными компаниями, то сегодня племенных коз можно приобрести и в России, причем проблем с покупкой животных не возникает.

Что на сегодняшний день волнует козоводов? В первую очередь, воспроизводство, поскольку даже тогда, когда козы уже есть в хозяйстве, необходимо наладить сезонное производство молока. У коз ярко выражен синдром половой охоты, в связи с чем возникает изобилие молока летом и недостаток зимой.

По мнению ученого, эту проблему можно разрешить, поскольку в стране сохранилась мощная школа по искусственному осеменению животных. Навыки не утеряны, а специалисты ставропольского института всегда готовы дать соответствующую научную поддержку.

— Наши научные сотрудники разработали рекомендации правильного содержания и кормления животных, чтобы они были здоровыми и продуктивными, — рассказала Светлана Ивановна. — Нельзя рассматривать корм отдельно от технологий, потому что трудно себе представить эффективное кормление животных, если не соблюдаются технологические аспекты содержания, не выдерживаются санитарно-гигиенические параметры, не выполняются ветеринарные мероприятия. И если в организме коз присутствуют паразиты, то кормление будет не эффективным.

В нашей стране в основном применяется стойлово-пастбищное содержание коз. Коза способна потребить 5-8 килограммов пастбищной травы. При пастбищном содержании необходим паразитарный контроль раз в три недели, для чего необходимы лабораторные исследования кала.

В кормлении коз различают несколько периодов. Первый из них — сухостойный — это последние 60 дней до козления. Следующий период — продуктивный, который также имеет свои стадии.

Учеными СНИИЖК разработана схема кормления, которая ориентируется на показатели живой массы, суточного удоя и содержания жира в молоке. Его особенность в том, что для козоматки с живой массой 60 кг, суточным удоем 3 кг, жирностью 3,7 требуется в сутки 2,6 кормовой единицы. Такую питательность можно обеспечить при обычном пастбищном кормлении и с использованием концентрированных кормов, выращенных в хозяйстве. Козомотки с удоем 5 кг необходимо 4,1 кормовых единиц, но для этого нужен уже специальный корм с содержанием протеина не меньше 16 процентов.

— Мы рекомендуем руководствоваться этими нормами, — объяснила ученый, — а более подробно с нашими разработками можно ознакомиться по таблицам в открытом доступе.

Светлана Новопашина убеждена в необходимости выхода отечественного козоводства из «подполья».

— Все вы гордитесь своими животными,- продолжила она.- В том числе и их продуктивностью. Но от того, что вы знаете, что ваша коза дает восемь-девять литров, результата не будет. Это должно быть документально подтверждено. Наши ученые разработали автоматизированную систему управления. Автоматизированная база данных, куда будут внесены все хозяйства России, продуктивность и бонитировка, позволит приобретать животных ближе к своему региону. Вы сможете самостоятельно найти нужных вам коз и обмениваться ими, а также отслеживать их продуктивность. Давайте возродим государственную племенную книгу и будем работать цивилизованно, как это делается во всем мире.

 Сила — в молоке

Практическим опытом воспроизводства и кормления молочных коз на промышленных фермах обменялись представители крупнейших в стране козоферм.

Так, начальник цеха животноводства ЗАО ПХ «Приневское» Владимир Владимирович Лебедь рассказал о том, что уже в 2011 году в хозяйстве было полностью освоено искусственное осеменение, в результате чего удалось добиться 97 процентов оплодотворяемости коз.

— Технология по своей сути очень проста, — сообщил он, — одной из составляющей которой является отдельное содержание козлов-осеменителей. Они должны находиться на расстоянии не менее одного километра от фермы. А при завозе самцов мы отбиваем живую сперму, которой и оплодотворяем стадо.

Хозяйство разработало несколько вариантов самообеспечения кормами, первоначально закупив необходимую сельхозтехнику. Схема включает в себя несколько травосмесей, различных по срокам созревания, что позволяет получать корма высокого качества.

— На сегодняшний день мы используем в кормлении более 15(!) компонентов, — подчеркнул выступающий, — Наш опыт показывает, для получения хороших результатов по продуктивности далеко недостаточно иметь 1-2 составляющих кормов.

Столкнувшись с трудностью реализации, хозяйство приняло решение поить свой молодняк цельным молоком, из-за чего сразу увеличились привесы, улучшилось общее состояние козлят. Только с 10-го дня начинается введение в рацион концентрированных кормов, в состав которых входят подсолнечный жмых, ячмень цельный, дробленый овес, цельная и дробленая кукуруза и комбикорм. И только через месяц козлята переводятся на обычный корм.

— Как и многие другие, мы столкнулись с сезонностью осеменения, которая приходится на конец сентября — начало декабря, — отметил Владимир Лебедь. — К этому периоду уже все животные приходят в охоту. Мы пробовали изменить сезонность, прокалывали коз различными препаратами, но, к сожалению, безуспешно. Однако высокий результат по первому осеменению позволяет снизить актуальность этой проблемы. К тому же мы планируем увеличить поголовье до тысячи голов, что позволит увеличить экономическую эффективность фермы.

 Не в адеквате

Тема выступления еще одного докладчика — директора ЗАО ПХ «Красноозерное»

Магомета Иссаевича Каппушева затронула проблемы практического опыта производства, переработки и реализации козьего молока. Он также коснулся вопроса сезонности и искусственного осеменения, сообщив о намерении перевести молодняк на другую схему осеменения.

— Не мне вам объяснять, насколько полезно козье молоко, — заметил докладчик, — но налицо проблема низкого потребления этой продукции. Вот почему важно не только выровнять производство молока по сезонам, но и организовать социальную рекламу, пропагандирующую пользу молочных продуктов, выработанных из козьего молока.

Другая сложность, по мнению Магомета Иссаевича, связана с высокой ценой продукции, что обусловлено общим состоянием козоводства, находящимся и по сей день в зачаточном состоянии. В это сложно поверить, но по статистике количество коз в нашей стране соответствует уровню 1906-го года!

Пожалуй, самый большой резонанс в выставочной секции вызвало выступление Ларисы Александровны Кононовой — заместителя директора по производству ООО «Золотой Альянс» , которая поделилась опытом производства и реализации продукции из козьего молока. Начала свое выступление она довольно неожиданно:

— Я думаю, что все, кто сегодня собрались в этом зале, люди немного неадекватные, — сказала она. — Потому что в любой другой стране фермеры, столкнувшись с такими проблемами, с которыми приходится практически ежедневно сталкиваться нам, в России, и просчитав финансовые риски, не стали бы заниматься козоводством. Наш путь оказался отличным от общепринятого опыта сельхозпроизводства. Вылечив своих внуков, у которых был целый букет заболеваний, мы приобрели небольшое стадо коз и сразу же организовали собственную переработку. Нашей главной целью было, в первую очередь, «не испортить» продукт, а оставить его в том виде, в котором его сделала природа, чтобы маленькие дети получали комплекс полезных веществ. Признаюсь, задача была непростая. Нам потребовалось 28 миллионов рублей вложений, благодаря которым мы приобрели 500 голов коз, 200 из которых – дойное стадо и молокоперерабатывающий комплекс мощностью 500 кг молока в сутки. Производство полностью укомплектовано и включает в себя медицинские стерилизатор и термостат. Но при этом практически везде применяется ручной труд, потому что ничего другого, подходящего для выполнения поставленной задачи, мы нигде найти не смогли, что связано со слишком малым объемом переработки. Мы выпускаем 10 видов продукции, в том числе йогурты, сливки, сметану, сырворотку, различные виды творога. Мы сами разрабатывали линейку ассортимента и технические условия, так как нигде не смогли получить помощь и поддержку со стороны ученых-технологов.

Следующее заявление выступающей вызвало аплодисменты со стороны присутствующих. По словам Ларисы Александровны, в регионе, где расположена ферма, существует аграрный вуз, который ежегодно выпускает 25 специалистов по молочному производству. Однако непосредственно в хозяйстве работает только один человек, получивший профессиональную специализацию.

— Я считаю, что тех, кто учился в вузе на бюджетной основе, а потом работает где угодно, но только не по специальности, нужно заставлять выплачивать деньги, потраченные государством за обучение, — заявила она. — Тем более, что по нашему опыту мы наблюдаем ту же картину не только с технологами молочного производства, но и с зоотехниками, ветеринарами и другими специалистами.

В результате фирма вынуждена принимать на работу энтузиастов других специальностей, которые понимают пользу козьего молока и заботятся о здоровье близких. Это в конечном итоге помогло с реализацией продукции, хотя первоначально хозяйство столкнулось с большими трудностями.

— Как и многие из присутствующих, сначала мы обратились в магазины, — рассказала Лариса Александровна, — однако там на нас посмотрели, честно говоря, как на ненормальных, и сказали, что не возьмут нашу продукцию из-за слишком маленького срока реализации — всего семь дней. Большой возврат также не мог нас устроить, так это означало работу в убыток. В торговых сетях нам тоже дали «от ворот поворот». Не удалось организовать реализацию в детских садах, больницах, туберкулезном диспансере. Мы поняли, что государство нам ничем не поможет. А потому единственным выходом стала организация собственных магазинов. В них работают продавцы, которые рассказывают о продукции и дают ее на пробу. Более того, при определенных заболеваниях детей, когда они лишены возможности передвижения, мы даже даем продукты на дом. Иначе говоря, у нас налажена обратная связь с покупателем.

Лариса Кононова поблагодарила ученых ставропольского института кормопроизводства и животноводства в решении проблем, связанных с продуктивностью коз, при этом отметив, что никакая помощь и поддержка в нашей стране пока не может опровергнуть главный постулат: «Спасение утопающих — дело самих утопающих». А потому, если вы произвели продукты, нужно убедить покупателей, что они без них «жить не могут».

— Продукция наша дорогая, — подчеркнула Лариса Александровна, — конкурировать с молоком коров мы не можем. Но в нашу пользу говорит такой факт: количество микроорганизмов в кисломолочных продуктах, созданных на основе козьего молока, выше в 200 раз. А поскольку эффект гораздо больше, коровье молоко с нашей продукцией даже рядом не стоит.

 Козоводы, объединяйтесь!

Подытожил выступления на круглом столе Харон Адиевич Амерханов.

— Честно признаюсь, я не ожидал такого внимания к этой подотрасли животноводства, — сказал он. — Если мы говорим о фанатах в коневодстве, то это не вызывает удивления. Фанаты-звероводы — тоже достаточно часто встречающееся явление. Но очень приятно, что сегодня мы увидели фанатов в козоводстве в самом лучшем смысле этого слова. Здесь собрались люди, которые отдают свои знания, силы, и опыт, думаю, можно так сказать, последние финансы, чтобы помочь развитию этой подотрасли. В этой связи я предложил бы объединяться. Как никогда, это важно именно сейчас, и я обещаю, что буду вашим сторонником и «лоббистом» от министерства сельского хозяйства России. Что я имею ввиду? Я сегодня понял окончательно, что в Национальном союзе овцеводства «приставленное» слово козоводство должно иметь точно такой же вес. В этой связи нужно ввести в совет директоров организации двух человек, один из которых будет практиком, а другой будет представлять науку. Как ни в одном другом «водстве», не считая птицеводства, в козоводстве имеется очень серьезный научный потенциал, в том числе ставропольский. Чтобы пойти еще дальше, я бы попросил депутатский корпус и его профильный комитет, в рамках всероссийской выставки в Элисте провести парламентские слушания, чтобы придать значимость этому вопросу. Это много даст не только на уровне исполнительной, но и законодательной власти. Мы в министерстве готовы помочь не словами, а делом. Нужно вычленить козоводство и финансировать его в приоритетном порядке. Над этим надо работать. И мы вынесем это на площадку Элисты.