IMG_0134---ДжамбулатовКадры, как известно, решают всё, а в сельском хозяйстве России они стремительно стареют. Как привлекать молодежь для обучения в аграрных вузах, как готовить специалистов для инновационных предприятий АПК, какой должна быть в целом стратегия развития системы аграрного образования? Все эти темы обсуждали на Всероссийском семинаре-совещании ректоров аграрных вузов. Мероприятие состоялось в Ставрополе в середине сентября. Корреспондент «СКФО-агро» поинтересовалась, какие проблемы аграрного образования наиболее остро ощущаются на Северном Кавказе, у ректора Дагестанского государственного аграрного университета Зайдина Джамбулатова.

– Зайдин Магомедович, в чем заключалась цель вашего участия в совещании ректоров? Какие вопросы вы хотели бы на нём решить?

– Это профессиональная площадка, на которой выступают люди с высоким уровнем понимания процессов в сельском хозяйстве и образовании. Вроде бы каждая территория имеет свои особенности производства, каждый регион развивается индивидуально, в Дагестане – горы, а в Якутии – огромные пространства. Но аграрное образование должно быть с одинаковыми подходами и одинаковыми стандартами. Ректоры Якутии и Дагестана обозначают проблему, а чиновник должен ощутить, насколько она «горячая». На совещании такие чиновники присутствуют.

Вторая цель – это прямое общение. Оно помогает выяснить степень готовности к решению общих задач. Приходит понимание, являются ли задачи локальными для отдельных вузов, или территориальными.

Кроме того, здесь есть ректоры, которые общаются напрямую с вице-премьерами, с высшим руководством своих регионов, и которые очень хорошо понимают, как организовать здоровую экономику. Ведь вуз должен отвечать на потребности экономики. Сам по себе он не может существовать. Он готовит специалистов не для себя, тем более, если речь идет об аграрном вузе, а не Оксфорде или Кембридже.

Те, кто работает в макроэкономике, хорошо знают современные тенденции развития. Скажем, в Дагестане 80 % – это средний и малый бизнес, а в Якутии наоборот – больше 80 % экономики составляют холдинги. Соответственно структура экономики и рынок труда в двух регионах совершенно разные.

Ещё одна задача касается импортозамещения. Мы должны рассчитывать только на самих себя. Первое, чего мы должны достигнуть, – это самообеспечение. Если, например, Ставропольский край обеспечивает себя хлебом, то остальные регионы СКФО не обеспечивают. Нужна межрегиональная интеграция. Кто ею должен заниматься? Опять вузы.

Мы выпускаем высококвалифицированные кадры, в частности, по направлению ветеринарии. Почему же сегодня такая тенденция, что ветеринары уходят работать не в АПК, а в частные клиники по лечению домашних животных? Да потому, что там платят сегодня хорошо.

А как сделать, чтобы человеку, который смотрит за коровами, овечками тоже платили хорошо? Опять мы – вузы – должны предложить выход, ведь мы напрямую общаемся с людьми, видим их потребности через систему повышения квалификации, через свои техникумы. А уж потом в Москве будут выстраивать стратегию развития системы аграрного образования.

На совещание были приглашены ученые с мировым именем, академики РАН и Россельхозакадемии. Они знают, почему не развивается наука. Сложно поставить на одну чашу весов Российскую академию наук, Россельхозакадемию и региональные НИИ, которые влачат жалкое существование на старой базе. На федеральном уровне другие деньги, другие заказчики, там высококвалифицированные кадры. Значит, нужно интегрироваться. Как нам выстроить работу, чтобы исследования были выгодными, как их вписать в рыночные инструменты? Всё равно ведь деньги нужны. Нельзя же проводить научные эксперименты, не имея никакой материальной базы!

– Насколько актуальными были доклады ректоров вузов?

— Все выступавшие сказали, наверное, лишь одну тысячную того, что могли бы. Это очень опытные люди. Поработав ректором 2-3 года, человек готов к любому виду деятельности. Он общается с громадным количеством людей, накапливается большой опыт. В ректоры тяжело попасть по карьерной лестнице. Когда я окончил ветеринарный факультет, я вовсе не мечтал быть вузовским работником. Я хотел создать свой бизнес. 17 лет я проработал руководителем ветеринарной службы, выстроив её почти с нуля и сделал одной из самых системных в стране… Это не моя оценка, – уточнил Зайдин Магомедович. – Но столько лет сидеть на руководящей должности почти неприлично. Ты задерживаешь карьерный рост других. Нужно уйти или выше или в параллельные структуры, скажем в муниципальную власть. Я ушел в университет. Иногда я жалею, что в моем послужном списке не было управления колхозом. Если бы в молодости я мне дали поработать там лет 5 , я был бы сегодня в 2 раза сильнее. Я только когда сам повзрослел, стал понимать крестьян. В молодости мне казалось, что это просто люди, у которых не всё получилось в жизни. Я все это рассказываю к тому, что ректоры – ценнейший потенциал государства. Таких людей в стране не больше тысячи, поэтому их нужно слушать. У каждого из них можно почерпнуть хотя бы одну полезную вещь для себя.

– Вам сегодня слова не дали, но с чем бы вы хотели выступить?

– У меня есть доклад, который я все-таки прочитал коллегам. Все указывали, на что нужно обратить внимание руководства Департамента научно-технологической политики и образования Минсельхоза России и пытались найти решения той или иной проблемы. Но как-то все эти решения заканчивались поиском мер государственной поддержки.

– Ну а как же без господдержки? Ведь во многих вузах не хватает технопарков, необходимых для обучения. Это, по вашему мнению, откуда должно взяться?

– Есть несколько путей развития аграрных отношений в разных странах. Нам надо брать пример с лучших. Вот скажем, американцы в конце XIX века, в 1895 по 1905 год, реализовали у себя подобие «плана Маршалла» в сфере аграрных вузов. Назывался этот план «Большая земля – университет». На завоеванных мексиканских территориях нужно было создавать агропромышленную отрасль. Это же юг – он всегда был бедный, и там нельзя вырастить то, что там не растет. И американцы стали создавать аграрные вузы за счет государственных денег с условием, что в течение 10-15 лет этот вуз будет существовать за счет успешных выпускников. Надо отметить, что американская система образования предусматривает частно-государственную поддержку, а еще лучше частную. Вуз должен был создать некий бизнес-план: вот здесь будет расти хлопок, здесь – лен, здесь будет кормовая база для скота. По мере реализации этого плана государственное содержание вуза сокращалось до 30 %, до 20 % и ниже. Эта программа сработала. На пустом месте выросли аграрные вузы.

Другим путем шел СССР. В 20-х годах прошлого века в Кабардино-Балкарии и Дагестане было от силы 2-3 специалиста с высшим образованием в сфере ветеринарии. Может быть, 3-5 ветеринаров было в Осетии, потому что у них институт открыли чуть раньше. Да и в целом в сельской местности было очень мало образованных людей. Но постепенно в стане появилось более 200 сельскохозяйственных высших учебных заведений.

Когда пришли 1990-е годы, в этой сфере начались странные процессы. Не буду оценивать, конструктивные они были или нет. Появилось много вузов с комплексными факультетами. Аграрные отделения стали открывать университеты, которые никогда не учили по этому направлению.

Сегодня мы не можем рассчитывать на американский путь, но мы должны знать, что он есть. Есть путь развития за счет самоокупаемости. Государство тебя финансирует, но ты каждый год поднимаешь свой потенциал. Многие аграрные вузы до последнего времени поддерживали себя за счет непрофильных направлений, таких как юриспруденция, экономика. Но теперь эту возможность урезали. Получается, чтобы быть эффективным в финансовом плане, легче пойти учиться в медакадемию или туда, где есть юриспруденция, туда, где жизненный успех и социальный лифт гарантированы. А потом у нас не хватает производственников при избытке управляющих и обслуживающих специалистов.

Вы заметили, что ни одна из республик Северного Кавказа не является самообеспечивающейся, мы все дотационные? Уровень рентабельности в сельском хозяйстве – 16 %. Иногда достигает 30 %, и это уже успех. Остальное забирает себе торговля.

Как выживает наш аграрный университет? Мы занимаемся выдачей сертификатов качества на продукцию, поступающую из-за границы через Махачкалинский морской порт. Делаем все необходимые лабораторные исследования. Это дает неплохую прибыль.

Сегодня говорили о том, что в республике нужно обновить сельхозтехнику. А я считаю, что нужно создать при институтах мини-МТС, чтобы каждый желающий мог обратиться за помощью, команда студентов быстренько поднялась бы и убрала урожай тому или иному хозяйству в скорейшие сроки. Это нужно не только ради заработка вузу. Сейчас в Дагестане средний возраст техники в хозяйствах – 21 год. Чтобы обновить всю технику, нужны порядка 100 млрд рублей. Их никогда не будет. Вся господдержка АПК в республике составляет 2 млрд 600 тыс. руб. в год.

– Существует господдержка сельхозпредприятий, а для вузов есть такая поддержка? Для создания тех же технопарков, теплиц?

– Гранты выделяются, но только через малые инновационные предприятия.

– Что нового вы услышали на совещании?

– Ректор Казанского аграрного университета Джаудат Файзрахманов использовал системный подход и разделил проблемы на группы. Существуют внешнеэкономические факторы – это глобальная конкуренция, урбанизация; внутренние проблемы – слабая мотивация, низкая зарплата, отсутствие интегрированности, дефицит финансов, необновляемая материальная база, отставание действующих товаропроизводителей, а также и преподавательского состава от новых технологий. Это всё приводит к отсутствию заказа на специалистов.

Зачем вообще приходят в АПК молодые специалисты? Им нужны жилье, зарплата, социальный рост. Но рост начинается при наличии нормальной зарплаты и жилья.

Для инновационного развития нужны капитальные вложения. Файзрахманов называет заоблачную цифру. До 2020 года российский АПК нуждается в 5,7 триллиона рублей. Но у нас до 2020 года предусмотрено 22 триллиона на перевооружение армии, не будет этих 5,7 триллиона для АПК!

Что должен в этой ситуации делать ректор? Он, само собой, должен давать качественное образование. Вопрос – кому, если специалист не мотивирован ни зарплатой, ни жильем, ни социальным ростом?

Значит, нужно искать собственные доходы. Для малоконтурных территорий, которыми являются все республики Северного Кавказа, актуально формирование малого и среднего бизнеса, т.е. людей производящих. Так уж получилось, что для объективной экономики сегодня исполнительная власть стала врагом. У нас кризис, но никто не похудел, у нас нет голода… Получается, что вся экономика ушла в тень.

Я хотел бы отметить и ректора Волгоградского ГАУ Алексея Овчинникова. У него работает лучший специалист в стране по внутреннему хозяйственному кооперированию людей. Сегодня кредитный портфель Россельхозбанка Дагестана составляет 8,9 млрд руб. А тут один сельхозкооператив имеет инвестиционный потенциал в 10 млрд руб. Это лучший в стране кооператив. Они же как-то это сделали, как-то смогли породить доверие? Наша беда в том, что люди сейчас не доверяют друг другу.

Много умных вещей говорили ректор Кубанского ГАУ Александр Трубилин, научный руководитель Центра мониторинга качества образования Института образования НИУ «Высшая школа экономики» Виктор Болотов. Но я не знаю, что можно применить у нас. На сегодня в Дагестане другая квалификационная ситуация.

В Германии есть закон, который не позволяет регистрировать фермерское хозяйство, если у тебя нет высшего или средне-специального образования. Действительно, чем выше твоя потребность в господдержке, тем выше должно быть твое образование. Опять-таки, меньше в личных подсобных хозяйствах бруцеллёзов, лейкозов и т.д.

У нас же, чем дальше от мегаполисов, тем труднее найти специалиста, желающего там работать. В часе езды от мегаполисов молодежь охотно селится, и всё, что находится в 1-1,5 часах езда – это рентабельное сельское хозяйство.

Ещё одной темой была модернизация вузов. Когда мы посылаем своих детей в Грецию, Израиль, Германию, Францию, они работают на роботах, то есть осваивают современные технологии. Это не обмен студентами. Они принимают их на практику, платят зарплату около 350-400 евро в месяц и обеспечивают их питанием и проживанием. А студенты работают, как рядовые работники фермы. Сами немцы отбирают себе персонал. Нам до этого уровня, как в обучении, так и на производстве, пока далеко.

Евгения ДУБ,  Лана ИСАКОВА

фото Евгении ДУБ