«Без no-till тут будет пустыня»

738

Во время жатвы на полях Ставрополья проходят соревнования драматичнее, чем Олимпийские игры. Большинство хозяйств гонятся за высокими урожаями. И лишь некоторые «странные» руководители ставят совсем другие ориентиры. Фермер из Петровского района Стефан Водопьянов слишком любит свою землю, чтобы бороздить её плугами и выжимать из неё все соки. Поэтому успех он измеряет не центнерами, а уровнем сохранности плодородного слоя на полях.

Лиха беда начало

Когда Стефан Водопьянов в 1997 году выделился с землёй из колхоза «Колос», многие крутили у виска. Как можно было уйти с хлебной должности заведующего одной из лучших в районе молочно-товарной фермы и ринуться в омут самостоятельного предпринимательства, пересесть из тёпленького кресла в кабинете на трактор? Мать упрекала в глупости, жена подозревала, что мужа выгнали.

«А я чувствовал, что этому колхозу через год-два будут кранты, поэтому оттуда и ушёл, – рассказывает Стефан Стефанович. – Через два года колхоз рухнул. Пришли одни инвесторы, другие, и нет колхоза. На паи мне дали кошару да сломанный тракторёнок. Я взял на подмогу мужичков работящих. Я знал, куда я шёл. Я шёл в будущее. И шёл туда голым и босым. Имел только подсобное хозяйство. Сестра помогла материально. Бывший председатель колхоза Николай Андреевич Сытнев дал в долг семена, солярку. Люди сдали в аренду свои паи за 2 тонны зерна в год, сейчас получают 3 тонны».

Тогда КФХ Вдопьянова располагалось всего на 360 гектарах. Сейчас у него уже 2630 гектаров как арендованной, так и собственной земли.

На вопрос, почему бывший заведующий МТФ занялся земледелием, а не животноводством, Стефан Стефанович объясняет: «Чтобы заниматься животноводством, нужна стабильность с землёй: либо собственность, либо долгосрочная аренда. С пятилетним сроком аренды, как у меня, вырастишь корову на пятый год, а землю заберут. Сейчас у меня уже есть земля, и я готов заняться животноводством. Но no-till отнимает средства. Надо покупать другие сеялки, дополнительные жатки, ликвилайзеры».

«Конкретная головоломка»

Переход Стефана Стефановича на «нулевую» обработку почвы, тоже вызвал переполох среди родных и близких. Где это видано, говорили ему, чтобы земледелец посадил, к примеру, картофель, не рыхлил его, не окучивал, а к осени пришёл собирать урожай?

Это, конечно, примитивная трактовка принципов no-till. На самом деле, по словам фермера, его система обработки почвы – «конкретная головоломка».

«У меня по «классике» всё было отработано до автоматизма. Но дело в том, что пришлый инвестор завтра подаст свой колхоз и уйдёт, и ему не важно, что будет с почвой. А у меня много собственной земли, я никуда с неё не уйду и не намерен издеваться над ней, – защищает свои принципы наш собеседник. – В этом году такие чёрные бураны поднимались, что не видно было ни неба, ни земли. А какие ливни лили! Такие яры на парах у соседей повымывало! Как можно так земледелием заниматься? Они говорят, что почва под парами отдыхает. Да не отдыхает она, а разрушается от эрозии ветрами и ливнями. Наши правнуки останутся без земли. Здесь будет пустыня».

В ответ ему обычно приводят разницу в урожайности. На no-till рекорд поставить сложно. Но фермер бросает вызов: «На парах всякий сможет получить большой урожай, а ты попробуй без паров его вырастить!».

В этом году средняя урожайность зерновых в КФХ Водопьянова 41,8 ц/га, при том, что на 253 гектара озимого клина выбило до 50 % посевов (потеряли где-то 6 ц/га). Пшеница дала по 39,5, ц/га, ячмень – 47 ц/га, горох – 41,3. При этом под пшеницу было отведено 817 га, под ячмень 391 га и под горох 314 га. На оставшейся пашне ждут своего часа кукуруза и подсолнечник.

По словам Стефана Стефановича, на большинстве петровских почв вообще запрещено сеять подсолнечник. «Здесь плита, уклоны, песок, тем не менее, благодаря no-till, – голосом подчёркивает фермер, – у нас здесь произрастает прекрасный подсолнечник. Как захожу в него, всегда вспоминаю песенку Наташи Королёвой «Целовал меня милый в подсолнухах»».

Не весь подсолнух на поле чувствовал себя прекрасно. Местами нижние листья уже начали чахнуть, а корень у части растений раздваивался. Но Стефан Стефанович не спешит связывать это ни с гербицидами, ни с «нулевой обработкой». Такую же картину он видел на «классике» в Новоалександровском районе.

Но как же выращивать пропашные культуры, и не пахать почву? А не надо её затаптывать. «Земля на миллиарды лет старше нас, и сама знает, как создаётся плодородный слой, уверен Стефан Стефанович. – Конечно, благодаря пахоте, у нас не стало голода, но он может нас снова догнать. Как сказал Рузвельт, от полной гибели человечество отделяет 20 см чернозёма. Поэтому мы стали искать пути стабилизации сельхозпроизводства. Мы не жаждем рекордов. «Классика» нашей почве не походит. А благодаря no-till, здесь будет ровная прибыль и в будущем».

Первопроходцы во всём

Новая технология обработки почвы потребовала и новых орудий производства. Первым в Ставропольском крае Стефан Водопьянов купил ликвилайзер – агрегат для внутрипочвенного внесения жидких удобрений, который «прокалывает» поверхность иглами, не нарушая почвенный горизонт. Такой машины больше ни у кого пока в крае нет.

Первым КФХ Водопьянова приобрело аргентинскую сеялку «Бертини», которая тоже пока является эксклюзивом у нас.

Ни у кого нет и такой зерносушилки из Оренбурга, как у Стефана Стефановича. Благодаря ей, фермер может применять очёсывающие жатки, которые не терпят слишком сухого или перезрелого зерна. С этими жатками и сушилкой КФХ убрало свои поля в два раза быстрее, чем в среднем по району.

«Мы раньше всё начинаем убирать, и производительность комбайна гораздо выше, – объясняет Стефан Водопьянов. – Мы начинаем убирать зерно при влажности 18-19 %. Очёсывающие жатки легко с ним справляются. А когда уже зерно переспевает или полегает, прицепляем обычные жатки. Оперативно реагируем на любые условия природы и любое состояние озимого клина».

Фермерский каравай

На маленькой площади под зерновыми с сортами сильно не поэкспериментируешь. Поэтому в КФХ остановились на высокотехнологичных сортах пшеницы Гром, Юка и ставропольская Ксения. Элитные семена поставляют селекционные центры, а затем хозяйство само их размножает.

Благодаря этому обычно зерно в КФХ Водопьянова получается 3 класса, и лишь в этом году дожди снизили классность части урожай до 4 класса.

Всё просушенное зерно уже на складах. Часть гороха и ячменя к середине лета продали, потому что нужно и место на складе под семена, и средства на погашение кредитов и подготовку техники, ведь вскоре предстоит убирать подсолнечник и кукурузу, а потом выходить на осенний сев.

Все свои

Философию фермера разделают и его работники. Несмотря на отсутствие большинства привычных операций на полях, их обрабатывают 13 механизаторов и два вспомогательных рабочих. Охраняют склады четыре сторожа. Животными на кошаре занимаются три скотника, под присмотром которых сейчас 50 голов мясных герефордов и около 200 овец эдильбаевской породы.

Финансами КФХ заведует главный бухгалтер Галина Туманова. Она работает рука об руку со Стефаном Водопьяновым тринадцатый год. «Я 10 лет работала на дому, а когда Стефан Стефанович построил офис, мы перебрались сюда, – рассказала она. – Я сама из Светлограда. Нас, шестерых работников, привозит сюда ежедневно рабочая машина».

Для иногородних работников, которые нанимаются на уборку, в КФХ построено небольшое общежитие на 7 мест, но в этом году оно не пригодилось.

Есть и производственная столовая, заведующая которой Нина Шульженко по-домашнему вкусно кормит работников и гостей, частенько наведывающихся посмотреть на поля с «нулевой» обработкой почвы.

Сохраняя плодородие, Стефан Стефанович заботится о будущем, а вкладывая прибыль в социальную сферу хутора Носачёв, – о настоящем. Населению хозяйство предоставляет корма, солому, сено. К 9 мая ремонтирует памятник погибшим воинам. К Новому году раздаёт подарки. Выделяет материальную помощь жителям, спонсирует церковь, школу, детский сад.

Так что, вопреки расхожему мнению, не только большие хозяйства проявляют социальную ответственность. Есть она и у фермеров, которые по-настоящему любят свою малую родину и желают процветания и земле, и землякам.

Евгения ДУБ, Лана Исакова

Фото Евгении ДУБ